Надя Ершова. Задизайнила историю — Кто студент

Надя Ершова Задизайнила историю

Дизайнер об исторических личностях, пироженках и магии дедлайнов.

Расскажи о себе в двух словах.

Я мультидисциплинарный дизайнер. Работаю в эквайринговом сервисе «КлаудПейментс», который принадлежит «Тинькофф групп». Раньше много работала с графикой, а теперь — с интерфейсами.

Как ты решила стать дизайнером?

С детства я хотела связать себя с творчеством. Я закончила художественную школу и очень хотела поступать в художественный вуз в Санкт-Петербурге. Я жила и училась в Вельске, это маленький городок в Архангельской области. И, как правило, все ребята и девчонки, которые хорошо рисовали, поступали в Петербург.

Мама почему-то считала, что в Петербург я не поступлю. Она схитрила и предложила съездить в Москву, погулять, посмотреть университеты, а я согласилась. В итоге после 11 класса я поступила в Москве на социолога.

На дизайнера поступить не получилось?

Нет, но я честно пыталась. Но оказалось, что была большая разница между акварельными школами. В художке мы учились по канонам Ленинградской живописной школы. То, что было «крепким натюрмортом в Ленинградской манере», в Москве считалось каким-то дурацким. Моя мама не учла это в своей изящной рокировке.

После пяти лет университета я поступила в институт бизнеса и дизайна на переквалификацию. Параллельно нашла работу в небольшой студии в подмосковном Солнечногорске. Мне все завидовали, потому что никому из одногруппников не удавалось найти работу легко и быстро. А у меня это получилось без навыков работы ни в одном графическом редакторе. Приходилось учиться всему на практике.

А потом ещё подняла квалификацию в Британке?

Да. В 2015 году я поступила на курс Digital Art Direction к Илье Михайлову и Ване Оленкевичу. Я выбирала между годичными курсами и выбрала тот, в котором учили диджиталу, а не издавать журналы.

Учиться было весело. Мы учились три дня в неделю: два вечера в будни и полный выходной. По будням было больше теории. А в выходные мы резвились: нас делили на команды, и мы устраивали перформансы, штурмили, презентовали проекты. Потом нас поделили на тройки и раздали семестровые проекты. Нам достался редизайн личного кабинета стрелкового клуба «Объект». Первые полгода были очень напряженными — мы совмещали учёбу и работу, параллельно ходили на встречи с заказчиком, а в конце декабря презентовали итог работы.

На первой встрече с заказчиком для семестрового проекта в Британке нам дали в руки настоящие пистолеты, и мы постреляли из разных калибров

Во втором семестре что-то пошло не так. Было ощущение, что кураторы разочаровались в курсе. Потом оказалось, что этот семестр совпал с переходом Ильи Михайлова из «Сбертеха» в Яндекс и, возможно, ему просто было не до нас. Но это только догадки.

А социология в итоге пригодилась?

Да, знания по социологии нужны в UX и исследованиях. То есть, «выйти в поле собрать данные» для меня не страшно и понятно.

Какие у тебя были первые проекты?

Когда я работала в студии, начал активно развиваться инфобизнес. Моя подруга работала с коучем Стасом Кузавовым и позвала меня делать журнал о бизнес-образовании «Тренинго». Это был 2013 год, но мы почему-то решили делать печатный журнал, а не сайт. Решение было странное, но мы выпустили шесть номеров. Дублировали всё это в соцсети, пытались распространять. В итоге мы поняли, что рынок бизнес-образования огромный, и раскрутить журнал будет очень сложно.

Ещё видела, что ты работала с рекламными стикерами для машин. В чём их суть?

Это мобильная платформа для рекламы на частных автомобилях — «Стикеррайд». Мы придумывали разные рекламные интеграции для брендов или событий. Изначально я там работала оператором техподдержки, но когда брендов в заказчиках стало больше, меня повысили до дизайнера. Спустя время стала арт-директором.

У компании была классная фишка — они выращивали амбассадоров брендов. Например, у нас была реклама фильма, а обычные люди приезжали оклеивать свои личные автомобили этой рекламой. Они регистрировались в приложении и за каждый километр пути получали денежные бонусы.

Была клёвая кампания с «Отрядом самоубийц». Тот случай, когда реклама оказывается интереснее фильма

Есть ли особенности в работе с машинами?

Это изначально ограниченный формат. Есть определённые поля и средние размеры наклеек, но ты можешь здорово играть с тем, что есть. Можно создать эффект, что тачка искорёженная или ржавая — всё зависит от фантазии.

Ты постоянно думаешь, как задействовать всё пространство машины, как грамотно его использовать. Нужно сделать так, чтобы форма машины играла в плюс, помогала рекламе интересней раскрыться. Мы не хотели, чтобы наши машины выглядели как тачки, которые облеплены рекламой. Нам хотелось, чтобы это выглядело эстетично и классно.

У нас было много идей и проектов, но не все зашли. Например, мы пытались выйти на контакт с «Дюрексом» и делали под них рекламную кампанию. Я много чего накреативила, но сейчас понимаю, что это мало отличалось от скандальной СММ-политики компании «Визит».

С наклейками сложнее, чем с вебом?

Здесь сложно сравнивать. Мне кажется, что для веба делать сложнее. В случае с машинами всё более-менее понятно. Хоть машины могут быть разного размера, цветов, марок, но реклама будет смотреться примерно одинаково на каждой. В вебе ты делаешь красивый проект, презентуешь его, а дальше всё идет немножко не так. И это нормально.

По Бехансу и Фейсбуку нашла, что ты работала над «Картой истории». Как понимаю, она связана с проектом «1917». Расскажи об этом.

Да, это родственные проекты студии «История будущего». Её создали Михаил Зыгарь и Карен Шаинян. Михаил вообще мега-человек: он написал несколько исторических книг. Одна из них — «Империя должна умереть», которая стала своего рода финалом проекта «1917».

В студии работает множество талантливых и творческих людей. В тот момент, когда я там работала, там велось несколько параллельных проектов. «Карта истории» рассказывала об истории СССР через исторических персонажей. Там были Анна Ахматова, Максим Горький, Андрей Сахаров, Рудольф Нуреев. Пользователям предлагалось прожить десятилетие от их лица: делать выбор, принимать решения. Пользователи читали истории из жизни и думали, как бы они поступили на месте героя, а в итоге их история могла не совпадать с историей персонажа. Например, в реальности герой умер, а у пользователя всё сложилось хорошо. Но были и фиксированные сценарии — герой Генриха Ягоды умирал при любом раскладе.

Были истории и простых людей: о коллективизации мы рассказывали через семью Окороковых, которая скиталась по Сибири. Весь этот эпизод отрисован в пиксельарте.

Какая у тебя была роль в проекте?

Изначально я работала с инфографикой. Когда только пришла, то доделывала инфографику о жизни и смерти на заре СССР. Ещё мне очень нравится инфографика про деньги. Там показано, как обесценивался рубль и что могли купить люди на одни и те же деньги в разные периоды истории. Последней работой стала инфографика о коллективизации. Всё было выполнено в пиксельном стиле, даже карты.

Мы и дальше хотели продолжать в том же духе, но на этапе сороковых годов стало скучно. Причина проста — инфографики на военную и послевоенную тематику очень много, придумать что-то новое практически невозможно. Поэтому я стала заниматься отрисовкой персонажей.

Сколько исторических личностей ты «обрисовала»?

Много. За время проекта я выпустила 7 инфографик и 14 героев. Среди них Рудольф Нуреев, Николай Косыгин, Светлана Сталина, Людмила Гурченко, Владимир Высоцкий. Особенно понравился Виктор Цой. Я там добавила какого-то лютого гранжа. Кстати, этим выпуском проект завершается.

Цой жив? Решай сам. Одна ошибка, и ты изменишь его судьбу. Мой Цой ударился в буддизм и стал гуру

Но проект не был таким же громким, как «1917». Почему?

Проект планировали грандиозный. Он должен был плавно переходить от проекта «1917» к проекту «1968», но всё пошло немного не так. У нас начались проблемы с подрядчиками. Разработчики что-то сделали не так, у нас всё полетело. Проект не взлетел, потому что у людей просто не открывались огромные куски страниц.

Мы проанонсировали проект на «Вилладже», на «Вандерзине», в соцсетях. Мы стартовали с мощных героев — Горького, Коллонтай, Дыбенко. Продумали всё: идею, подачу выпусков, материал, дизайн. Но финальные макеты были перенесены очень плохо, поэтому проект не выстрелил. Плавного перехода не получилось, люди подумали, что это всё какая-то фигня. Мы пытались его реанимировать, но не смогли повторить успех «1917».

Судя по твоему Инстаграму, проект до сих пор тебя не отпустил.

Да, есть такое. Я сделала игральные карты и подарила всем участникам «Карты истории». Не знаю, играют в них или нет, но они получились классными. У меня есть огромная картинка с картами, которую я порезала на отдельные посты. В инстаграме я беру персонажа с карты и рассказываю интересные факты из его биографии.

Игральные карты для «Карты истории». Можно играть в дурака, крыть Ахматову Курчатовым и хохотать

Опять же на Бехансе есть заготовка презентации для «Тинькофф». Это как-то связано с твоей нынешней работой?

Отчасти. Когда я искала работу, много думала, чем хочу заниматься. Мне был интересен дизайн интерфейсов, но никак с ним не ладилось. Я не хотела возвращаться к графическому дизайну, мне он стал скучен. В агентство идти мне тоже не хотелось. В итоге взгляд упал в сторону презентаций. Презентация — это близко к инфографике. Что первое, что второе у меня получалось классно, я могла поймать настроение и сделать, то, что нужно.

Я спросила у знакомого, который работал в «Тинькоффе», есть ли там какие-то проекты, где я могу себя применить. И нет бы сказать, что я хочу развиваться в UX, я стала говорить что мне нравится заниматься инфографикой. Он мне предложил делать презентации. Оказалось, что такой скилл востребован. Презентации нужны всегда и везде — для тендеров, конференций, совещаний — но очень мало людей умеют делать их хорошо.

Делать презентации для «Тинькоффа» меня не взяли, но результат тестового приложила к портфолио — мне эта презентация кажется очень классной

Меня не взяли, но всё к лучшему. Потом я пошла на собеседование в «КлаудПейментс», и меня взяли дизайнером всего и сразу. Сейчас я перешла в отдел, который занимается интерфейсами, как и хотела. У меня есть наставник, который мне всё показывает и объясняет. Я верю, что мы с ним сделаем кучу крутых проектов.

Откуда такой интерес к интерфейсам? Предмет Бирмана в этом не замешан?

Это похоже на профессию будущего. А с Бирманом у меня не очень ладится. Я грущу, но стараюсь и не сдаюсь.

С кем бы ты хотела поработать в будущем?

Не буду оригинальной. Были места, где я хотела поработать. В студии Лебедева хотела работать из-за атмосферы, которая там царит, из-за буйства креатива. В Яндексе классная команда, и это один из крутейших российских продуктов. Я хотела переехать в Ригу и поработать в «Медузе». Желаний много, но всё разбивается о тот факт, что я, наверное, не самый профессиональный человек.

Я хотела работать в студии Лебедева или Яндексе, но сейчас понимаю, что гораздо круче было бы сделать что-то своё

Я хотела работать в таких компаниях, но сейчас я понимаю, что гораздо круче было бы сделать что-то своё. Не обязательно студию или агентство, связанные с дизайном — было бы достаточно уютного бара или кафешки. На каникулах после первой ступени придумала, что пойду учиться на ювелира или керамику, если не поступлю на третью ступень. После трёх месяцев обучения обещают присвоить ремесленный разряд.

А уже было что-то «недизайнерское» в проектах?

Да, было. В году 2015 я участвовала в марафоне в духе «вспомни, чем хотел заниматься в детстве, и займись этим». А мне всегда нравилась выпечка, поэтому решила попробовать. Плюс был в том, что я работала удалённо, поэтому могла совмещать пироженки и дизайн.

Я начала с капкейков и имбирных пряников — это было просто и красиво. Торты мне не нравилось делать — слишком сложно. Одноярусный торт ещё ладно, но когда у него два или три яруса, начинается полный треш.

Я размещала объявления на «Авито» и на «Ярмарке мастеров», была своя группа во «Вконтакте» и аккаунт в Инстаграме. Там было около тысячи подписчиков. Набирала их самым простым способом — подписывалась на людей, которые тоже делают торты и лайкала их подписчиков. Такой СММ на коленке.

И почему отказалась продолжать эту затею?

Вложенные силы не были соизмеримы с результатом. Выпечка не приносила того дохода, который я бы получила только на дизайне.

Проблема была в одном: ты делаешь классные вещи за маленькие деньги, поэтому нет никакого удовлетворения. Всё так же, как и в дизайне. Спрашивают: «За сколько сделаешь логотип?» А ответить не можешь, потому что не знаешь, сколько времени и сил ты на это потратишь, сколько будет итераций с клиентом. Ты можешь сделать за неделю, а можешь больше месяца безрезультатно страдать.

Тут похожая история: я намеренно занижала стоимость, потому что ощущала недостаток опыта. Ещё нужно было иметь постоянные каналы продажи. Продавала капкейки в веганское кафе, но в итоге они отказались, потом что немного не подходило качество. Возила капкейки в качестве призов на интеллектуальные игры. Продавала выпечку на «Дикой мяте» и других фестах. Но всего этого не хватало, и мне приходилось сводить концы с концами.

Капкейки со Спанч Бобом. Милая девушка заказывала их для тематической вечеринки в стиле Бикини Боттом

Но это был крутой опыт. Было много новых знакомств. Я человек по большей части закрытый, и знакомства мне всегда давались сложно. Люди предлагали свою помощь, появились курьеры и постоянные клиенты. Это было весело, но тяжело.

Не хотела бы заняться этим снова?

В какой-то момент, когда бизнес с тортиками закончился, была мысль устроиться на производство. Я хотела посмотреть, как работают профессионалы, и понять до конца, нужно ли мне это. Нашла кондитерский цех при гостинице — огромный, красивый, но сама работа меня не вдохновила. Я представила, что мне придётся каждый день по 12 часов сидеть почти в подвале, смотреть в узкую щёлку, как у меня над головой проходят люди, и дышать крахмалом с сахарной пудрой. И ещё получать за это копейки. Так с лёгкой совестью я отпустила эту идею.

Делаешь ли ты работы для души, просто потому что захотелось?

Я постоянно что-то придумываю — у меня всё время есть проекты в голове. Я очень много всего начинала: от пабликов во «Вконтакте» для друзей и до группы с тортиками. Я делала свой телеграм-канал «Нищеlook». Там рассказывала о местах, где можно дёшево купить классные вещи. Преимущественно писала про секонд-хенды и барахолки. Канал я потом удалила, потому что он не пошёл.

Хочу осуществить одну мечту. Есть книжка «Сказки на ночь для юных бунтарок». Это итальянский проект, который переведён на десятки языков. В книге написаны немного переиначенные истории об известных женщинах. Проблема одна — там всего лишь две русские женщины: Екатерина Вторая и Анна Политковская. Я считаю, что это большое упущение. Так как я долгое время работала над биографиями в «Карте истории», мне такая тема близка. Я собрала порядка 100 персонажей, о которых бы хотелось рассказать. То есть, сделать похожую книжку, но о российских женщинах.

Теперь немного про учёбу. Для чего ты пошла в Школу дизайнеров?

Я понимала, что у меня есть определённые пробелы в базе дизайна, и я считаю, что Школа Бюро может быстро поставить голову на место. Результат есть: те вещи, которые раньше давались очень сложно, и я сидела над ними часами, сейчас стали для меня намного проще и осознанней.

Мой однокурсник, написал целую статью о том, как сэкономить деньги на школе. Он посчитал, что если взять все учебники бюро, купить на них годовую подписку, то это будет дешевле, чем проходить первую ступень. Я считаю, что это в корне неверно. Школа даёт очень важный пинок в виде постоянного дедлайна. Как говорил Товеровский, что есть суперлюди, которым надо поработать два часа, они садятся и два часа работают, а есть люди-тряпки, которых нужно подгонять.

Школа даёт очень важный пинок в виде постоянного дедлайна

Мне тема про людей-тряпок очень близка. Людвиг Быстроновский классно про это рассказывает. Они вместе с Людой Сарычевой выпускают рассылку «Недиван» — она о том, как начать делать правильные вещи, но вместе с этим не бороться с собой.

В итоге с дедлайнами подружилась?

С одной стороны, дедлайны сильно бесили, с другой — это важная часть обучения. Да, можно было просто купить подписку на полку, но тогда волшебного пинка не будет. Отписываться от полки я не буду, потому что после окончания школы прочитаю её всю. Хочется спокойно разложить информацию в голове по полочкам, потому что после первой ступени там полная каша.

Что ждёшь от второй ступени?

Самого худшего, что вообще возможно. Муж сказал, что разведётся со мной, если я туда пойду. Когда мне прислали приглашение, я подошла и сказала: «Меня взяли». Он ответил, что это очень круто, и мы обязательно справимся.

Я знаю, что это будет ад, потому что ты не принадлежишь себе. У тебя есть только огромная ШКОЛА, которая над тобой нависает. Надеюсь, что смогу собрать мозги в кучу и более продуктивно взаимодействовать с преподавателями.

Почему решила рисовать для «Кто студента»? Появилась ли за это время любимая обложка?

Всё очень прозаично — мне были нужны баллы. И когда я узнала, что можно рисовать обложки, то решила попробовать. Среди дизайнеров все понимали, что авторство и главредство — редакторская тема. Ну, и многие подумали, что им обложки рисовать будет некогда.

Смешно, но я хотела попробоваться на место главреда — 8 часов просидела над редактурой интервью. В итоге плюнула и стала напрашиваться рисовать картинки. Я написала в группу в Фейсбуке и всем главредам, что хочу рисовать — и не зря!

Я очень рада, что рисовала все эти обложки. Мы придумывали какие-то дикие штуки, мне нравилось рисовать пиктограммы. Очень крутая обложка была для материала про хейтера. Мне ещё нравится обложка с Асей Челован, хоть мы её очень долго доделывали. Она получилась очень стильной.

Мем классно вписался в стилистику проекта. А женщина в стиле поп-арт прекрасна, хоть и похожа на картофельную кожуру

Откуда ещё берёшь информацию для прокачки в дизайне?

В основном я читаю каналы в телеграме. Не советую подписываться сразу на кучу — это непродуктивно. Когда так было у меня, то я чаще не читала, а просто снимала счётчик сообщений. Сейчас я подписана на «Бабушку дизайнера» и «Цыгане диджитал».

Ещё мне нравятся «Бенг бенг эдьюкейшен». Советую посмотреть фильм «100 лет дизайна». Там они собрали тех профессионалов, дизайнеров или людей из индустрии, за которыми стоит следить.

Какое-то время я была подписана на рассылку «Оди». Там много полезных материалов отовсюду — с конференций, из блогов и от зарубежных дизайнеров. Ты читаешь и выбираешь, что нравится. Удобно и прикольно.

Дизайнер — это человек, у которого должен быть широкий кругозор, поэтому не стоит забывать и об общеобразовательных каналах. Например, классные статьи есть на канале «Фрикбук» и «Намочи манту». Последний — это канал про доказательную медицину, который ведёт Дарья Саркисян, медицинский журналист «Медузы».

Какой дашь совет начинающим дизайнерам с высоты своего опыта?

Не сидеть на месте. Когда я слишком долго работала удалённо, то не особо сильно прокачивала скиллы. Когда ты работаешь сам по себе, не происходит активного роста. В команде ты больше наблюдаешь, как работают другие люди, поэтому и учишься быстрее. Даже в рамках команды всегда есть здоровая конкуренция. Для начинающего дизайнера это очень полезно.

Конечно, важна насмотренность. Можно заходить на Беханс и смотреть на крутые и красивые работы и пытаться их повторить. Для этой цели подойдут и Пинтерест с Инстаграмом. Чем чаще пытаешься повторить работу, тем быстрее развивается вкус.