Международный журналист о том, как распознавать дезинформацию, где грань между новостью и пропагандой и почему в журналистике главное — сохранять доверие аудитории.
Расскажите, как вы пришли в журналистику, и чем вас привлекла международная работа?
Я интересовался политикой с детства, потому как увлекался историей — такой вот неделимый симбиоз. Я читал исторические книги и вузовские учебники по истории. Мне всегда было интересно, что происходило до нас: как люди общались, как жили, как воевали, а больше всего — как занимались дипломатией. Но я понимал, что писателем или историком мне не стать: слишком ленив и неусидчив.
Международная журналистика помогает соединить исторический опыт с другими навыками. Она не просто смотрит в прошлое, она грезит будущим.
Международная журналистика смотрит в прошлое и грезит будущим
Как вы стали заниматься вопросами дезинформации?
Я бы разделил свой интерес к дезинформации на два этапа.
Первый этап связан с моим взрослением. Моя юность пришлась на турбулентное время — и для России, и для мира. Когда распадался Советский Союз, мне было 14. Тогда я только начинал интересоваться чем-то за пределами привычной жизни: школы, друзей, родителей. В стране происходили события: распад Союза, октябрь 1993 года, американское вторжение в Ирак, выборы 1996-го. Не интересоваться политикой было невозможно. Даже если открыть сегодня хронологию 90-х, каждый месяц — отдельная история.
История, политика и журналистика всегда идут рядом. Журналист-международник поневоле становится немного политологом и историком. Эти годы были перенасыщены новостями, всё происходило впервые за десятилетия. А нынешнее время не менее насыщенное. Тем, кто сегодня заканчивает школу или выбирает профессию, доступно куда больше: смартфон, интернет, архивы, библиотеки в кармане. Мы о таком могли только мечтать. Сейчас возможностей больше, а значит, и ответственности больше — особенно у тех, кто работает с информацией.
В начале 90-х я уже выучил английский, поэтому мог читать зарубежные газеты и журналы — британские и американские. Ходил в библиотеки, культурные центры при посольствах. Меня поразило огромное различие между картиной мира, которую формировало наше общество, и той, что рисовали зарубежные СМИ. Позже мы все сталкивались с потоком дезинформации вокруг Первой чеченской кампании, российской внешней политики и многих других тем. Иногда публикации полностью расходились с тем, что я видел сам или знал из первых рук. Тогда я и задумался: почему это происходит и почему дезинформация — не случайность, а спланированная кампания, рассчитанная на месяцы или годы.
Второй этап — осознание, что дезинформация может скрываться в привычных, «очевидных» вещах. Мы часто воспринимаем повторяющиеся заявления как данность. Если некий политик или эксперт регулярно появляется в медиа, говорит на одну и ту же тему, слушателям начинает казаться, будто его мнение по вопросу весомо. Затем журналист проверяет факты и выясняется, что эксперт вовсе не эксперт, а его заявления — либо ложь, либо правда шиворот-навыворот.
Поэтому главный инструмент проверки — принцип «ищи, кому выгодно». Чтобы найти, кому выгодно, для начала нужно предположить, кто может извлечь пользу из конкретного вброса. Это могут быть политическая партия, корпорация или СМИ. Затем проанализировать, чьи именно интересы совпадают с тем, что продвигается в фейке. И затем проверить, а могут ли эти предполагаемые интересанты подобное организовать. Определённого рецепта нет — помогут лишь опыт, знания и умение делать выводы.
Главный инструмент проверки — принцип «ищи, кому выгодно»
Любую устойчивую информацию нужно рассматривать с разных точек зрения. Загляните под скатерть, посмотрите сверху — и она предстанет совсем в ином свете.
Никто не будет заниматься дезинформацией просто так. Это сложный профессиональный процесс, требующий технической подкованности, знания стратегии и понимания, как внедрить и распространить ложь. Дезинформаторы не придумывают фейки на досуге, это целая система, цель которой — вызвать у людей сильный эмоциональный отклик и манипулировать их сознанием. Эмоциональность подачи, призывы отключить рассудок и обращаться только к эмоциям — первые признаки фейка.
Но как распознать дезинформацию?
Критически мыслить. Если информация подаётся слишком эмоционально, с призывами к немедленной реакции, стоит задуматься и усомниться.
Обращать внимание на источник: кто и откуда распространяет эту информацию, есть ли у источника репутация, когда зарегистрирован сайт или канал распространения, насколько прозрачен источник.
Проверять, насколько логична и последовательна информация, не противоречит ли она известным фактам, не сопровождается ли анонимными заявлениями.
Как проверить фото или видео на подлинность?
Любая проверка — это многослойный процесс. Универсального рецепта нет, но есть алгоритм действий. Сначала смотрим контекст: откуда взялось фото или видео? Дальше проверяем метаданные. Это исходный код файла, его «метрика». Можно сделать запрос в ИИ, можно использовать программы напрямую. Самый простой пример — Google Reverse Image: он покажет, откуда взяли фото, не использовали ли его раньше. С видео та же логика, есть специализированные программы по типу InVID & WeVerify.
Следующий уровень — детали. Например, нам показывают душещипательное видео и утверждают, что это произошло «только что». В кадре — опавшие листья, а на дворе — зима. Значит, это либо осень, либо весна. Или, бывает, форма на военных не соответствует ни стране, ни времени. Разоблачение готово, достаточно быть внимательным.
Достаточно быть внимательным
Финальный слой проверки официальных данных — это многослойный, комплексный процесс. Если утверждают, что фото или видео принадлежат какому-то агентству, полезно залезть в архивы ТАСС, Reuters или других источников и убедиться, что материал там действительно есть.
Следующий этап — проверка через официальные сайты надзорных органов. Например, если приходит новость о вспышке какой-то болезни в России и утверждается, что это сообщение официальное, зайдите на сайты Роспотребнадзора или Минздрава и проверьте пресс-релизы и официальные заявления.
Если источник анонимный, отсутствуют имя или фамилия, это всегда потенциальная мина замедленного действия. Никогда не публикуйте такие материалы без проверки. Ищите подтверждения через открытые данные, официальные заявления или даже спутниковые снимки.
Скорость публикации не должна затмевать безопасность и точность информации. Например, в случае терактов или других ЧП в соцсетях часто появляются сообщения «срочно от очевидцев» с фотографиями или видео, якобы сделанными на месте происшествия. Люди пишут, что погибло несколько человек, показывают дым или разрушения, добавляют восклицательные знаки и эмоциональные подписи — и всё это выглядит очень убедительно. На самом деле такие публикации почти никогда не проверены: нет точного источника, автор остаётся анонимным, ссылки на официальные агентства ведут либо на главную страницу сайта, либо на материалы, которые не подтверждают событий.
Если журналист публикует информацию сразу без проверки, последствия могут быть серьёзными: аудитория получает недостоверные данные, возникает паника, а репутация СМИ или автора страдает. Проверка должна включать поиск официальных заявлений, подтверждение через несколько независимых источников, а также изучение метаданных фото или видео. Даже если кадры кажутся настоящими, важно убедиться, что они сняты именно там и именно тогда, а не переработаны, взяты из других событий или сгенерированы искусственным интеллектом.
Какие ошибки редакторы чаще всего допускают при верификации?
Самая большая ошибка — публиковать без проверки. Газеты, например, от мгновенной публикации защищены. Это даёт время проанализировать информацию не только вам, но и другим людям, которые буду взаимодействовать с материалом.
Чек-лист для проверки информации перед публикацией
Если больше:
- «Да» — материал выглядит надёжным.
- «Нет» — публикацию стоит отложить, доработать или отказаться.
Какие самые распространённые приёмы манипуляции в медиа?
Эмоциональность, в первую очередь. «Катастрофы века», заголовки из разряда «ВОЗ объявляет о начале новой смертельной пандемии». Это эмоциональные крючки,
Крючки-заголовки разрушают человеческую эмпатию. Это как сказка про мальчика, который кричал «Волки!» Первый раз он закричал — все побежали спасать, волков нет. Второй раз — снова все бегут, снова пусто. А в третий раз уже никто не пришёл. Так и с кликбейтными заголовками: сначала они вызывают интерес, но чем чаще обманывают, тем быстрее человек перестаёт доверять.
А крючки делают человека чёрствым. Читатель видит рекламу с фотографией больных детей, которым срочно нужно перечислить деньги в какой-то фонд. Затем читатель смотрит, а почему именно этот фонд, а почему фонд вообще нигде не зарегистрирован. Да и почему детей нет в списках этого фонда даже? После такого «ожога» читатель в следующий раз уже подумает, помочь ли копейкой или нет. А в третий раз читатель вовсе перелистнёт такое сообщение — и, не дай бог, там правда был ребёнок, который без сложной операции не выживет.
А бывает, что материал накручен ботами: просмотры, лайки и так далее. И кажется, что это актуальная тема, но на самом деле — манипуляция.
Понять, что у телеграм-канала накручены подписчики, легко. Достаточно открыть статистику и сравнить цифры. В нормальном канале число просмотров на постах составляет 20−30% от числа подписчиков. Если подписчиков много, а просмотров почти нет — значит, людей «накрутили». Владелец купил фейковых подписчиков, чтобы канал выглядел популярным.
Проверить канал на «накрутку» можно на сайтах TGStat или Telemetr. Нужно ввести название канала в поиске, и вы увидите, как менялось число подписчиков. Если график растёт резко за день на тысячи людей, а просмотры постов не увеличиваются — это боты. Живая аудитория не приходит так быстро без рекламы или вирусных постов.
Ещё можно посмотреть статистику в самом канале. Если у всех постов одинаковое число просмотров — например, ровно по 100 — это тоже признак накрутки. Настоящие просмотры всегда разные: один пост интереснее, другой скучнее. Если комментариев или реакций нет вообще, хотя подписчиков вроде много, — тоже сигнал, что аудитория фейковая.
Дипфейки продолжают набирать популярность. Подделка визуальных данных, голосов и мимики — это простые, но эффективные методы манипуляции.
Фрагментация информации, когда из контекста извлекается часть и используется в своих интересах, также распространённый приём. Например, BBC в программе Panorama склеили два разных фрагмента выступления Дональда Трампа. «Мы собираемся спуститься к Капитолию…» и намного позже в этой же программе он сказал: «…и мы будем сражаться. Мы будем сражаться изо всех сил…». Абсолютно не связанные по смыслу фразы склеили, а затем обвинили Трампа в попытке переворота.
Как распознать пропаганду?
Чтобы ответить на этот вопрос нужно сначала прояснить, что такое качественная пропаганда. Пропаганда — это не всегда обман, как многие считают. Это метод передачи идей широкой аудитории через простые и эмоционально заряженные образы. Пропаганда не пытается объяснить, она — убеждает и побуждает. Пропаганда упрощает реальность до уровня понятного сюжета, где есть герой и враг, «наши доблестные разведчики» и «их коварные шпионы».
Пропаганда часто повторяет один и тот же тезис, чтобы он засел в голове. Это можно использовать и во зло, и во благо. Вакцинная кампания, ролики о безопасности на дорогах, просветительские видео о правах человека — всё это тоже формы пропаганды, просто с другими целями. Пропагандой занимаются все.
Пропагандой занимаются все
Пропаганда работает, когда находит отклик в сердцах людей, когда они видят в ней отражение своих чувств и переживаний. Только тогда она становится по-настоящему эффективной.
Главное качество хорошей пропаганды — её правдоподобность. Она не должна быть полностью лживой. Основа — это факты, а ложь допустима лишь в минимальных количествах. Пропаганда должна обращаться к аудитории с уважением, как к мыслящим людям.
В итоге, пропаганду можно распознать по упрощённой структуре и эмоциональной направленности: она не объясняет, а убеждает, часто делит мир на «своих» и «чужих» и повторяет ключевые идеи, чтобы они закрепились в сознании. Она работает через отклик в чувствах аудитории и кажется правдоподобной, опирается на реальные факты с минимальной долей искажений.
Как понять, что достоверно, а что — манипуляция и искажение?
Одни из главных признаков фейковой новости: текст прописными буквами, восклицательные знаки, выделение цветом. В таких публикациях молнии бьют, черепа летают, в тексте фразы по типу «власти скрывают», «срочно», «эксклюзивно». Когда видите весь этот суповой набор, будьте бдительнее.
Если хочется разобраться, можно ли верить публикации, — посмотрите историю публикаций автора: что он писал, о чём решил умолчать. Так мы поймём, предвзят ли он.
Всегда проверяйте первоисточник. Видите фразу «зарубежные СМИ сообщают» — посмотрите, что это за СМИ. Сейчас такая фраза подобна легендарным «британским учёным». У нас очень любят цитировать непонятные источники с припиской — «по сообщению зарубежных СМИ».
Пример истории, где не проверили первоисточник. В августе 2016 года, во время скандала с допингом российских паралимпийцев, анонимный блог опубликовал вымышленное «интервью» Дональда Трампа для BBC. Там он говорил, что олимпийские чиновники — кретины, потому что не допустили российскую команду до участия в Паралимпиаде. В итоге «Интерфакс» выпустил новость с заголовком «Трамп: решение о недопуске паралимпийцев России до ОИ в Рио принимали полные кретины». Фраза подразумевала ссылку на «зарубежные СМИ», но никто не проверил оригинал — на сайте BBC ничего подобного не было.
Не распространяйте фейки. Это первое и главное правило борьбы с дезинформацией. Люди ставят лайки и делают репосты почти рефлекторно, неосознанно. Фейк паразитирует на нашей привычке «делиться», даже если мы хотим его обсмеять. Алгоритмы не понимают иронии: для них репост значит, что контент интересен, а значит, его надо показывать ещё больше. Так, например, в декабре 2016 года в пиццерию Comet Ping Pong в Вашингтоне ворвался человек с ружьём. Его побудило к этому убеждение в «педофильском заговоре» с участием Хиллари Клинтон. Нападавшего арестовали, никто не пострадал.
Проверяйте источник информации. Часто фейки маскируются под авторитетные СМИ — логотипами, стилем подачи, «экспертными» цитатами. Например, создавали фейковые сайты, имитирующие The Guardian, с доменами вроде guardian.co вместо theguardian.com, чтобы распространять ложные статьи о политике и конфликтах, обманывая пользователей визуальным сходством.
Не доверяйте эмоциональным заголовкам. Прочитайте саму статью, проверьте дату, контекст, ссылки. Иногда половина информации в заголовке просто вырвана из контекста. Так, во время пандемии COVID-19 выпускали статьи с заголовками по типу «Шокирующая правда о вакцинах: они вызывают бесплодие!» Но в самих статьях утверждения часто оказывались вырванными из контекста и не подкреплялись доказательствами. Это вводило в заблуждение миллионы людей и подрывало доверие к медицине.
Будьте внимательны к фото и видео. Манипуляции с изображениями, монтажи, старые кадры, выданные за свежие, — обычная практика. Обратный поиск по картинке, проверка метаданных и даты публикации помогут отличить фейк от реальности.
Что бы вы посоветовали авторам и редакторам, которые хотят научиться распознавать манипуляции и фейки?
Для начала стоит познакомиться с таким инструментом, как OSINT. Сегодня эта аббревиатура звучит повсюду и расшифровывается как open source intelligence — работа с открытыми источниками. По сути, это набор навыков поиска и проверки информации: фотографий, видео, текстов — в том числе на предмет того, создан ли материал искусственным интеллектом. И с помощью этого же искусственного интеллекта можно освоить эту технику.
Но главное начинается дальше — работа над собой. Здесь всё решает практика. Даже если вы не журналист, попробуйте: читайте новости каждый день, ищите в них нестыковки, обращайте внимание на то, как формулируются заголовки и какие эмоции они вызывают.
Используйте искусственный интеллект как помощника. Он не заменяет критическое мышление, но помогает структурировать факты:
- можно попросить его кратко пересказать несколько источников и сравнить версии событий;
- проверить происхождение цитаты или фото, найти первоисточник;
- попросить перечислить типичные признаки фейков в похожих публикациях;
- перевести материал и сверить интонацию с оригиналом, если речь о зарубежных СМИ.
Постоянная практика плюс базовые технические навыки формируют привычку видеть детали — а это и есть современная медиаграмотность.
Очень важно как доверять интуиции, так и проверять её. Главная опасность не в том, что вы сомневаетесь, а в том, что сомнений не возникает вовсе. Задавайте себе вопросы: «Почему мне кажется, что здесь всё правильно? Какие могут быть альтернативные объяснения?» С текстами проще: чем больше слов, тем больше материала для анализа. А с фотографиями и видео важно замедлиться: посмотреть фон, отражения, тени, дату публикации.
Как быть непредвзятым?
Никак. Быть полностью непредвзятым невозможно, потому что мы люди. Мифические журналисты «в вакууме», абсолютно объективные, без эмоций бывают только в книжках и фильмах, но в реальности — нет.
У каждого из нас есть жизненный опыт, семья, друзья, гражданство. Мы живём в России, это наша страна, наша Родина. И мы не можем быть абсолютно нейтральными ни к ней, ни к своим близким, ни к коллегам. Абсолютная непредвзятость — утопия.
Главный критерий здесь другой: отстаивая свои интересы, стараться по минимуму вредить людям. Это уже не про профессиональный навык, а про внутреннюю этику. Этику, которая строится на простых, но фундаментальных постулатах.
У каждого может быть личное мнение, но не может быть личного факта. Мы можем дискутировать, почему Волга так называется, почему впадает в Каспийское море, выдвигать свои предположения, но нельзя продвигать заведомо ложный факт: «О нет, на самом деле это заговор и Волга впадает в Японское море». Такая вера, которую никто не разделяет, которая не выдерживает проверку на реальность, — бред в прямом смысле этого слова.
Быть полностью непредвзятым невозможно, потому что мы люди