Даниэль Полевой. Относитесь к работе как к хобби — Кто студент

Даниэль Полевой Относитесь к работе как к хобби

Продуктовый дизайнер о профессии в Израиле, работе в стартапе в Нью-Йорке и почему софт скиллы важнее хардовых.

Как ты попал в профессию?

Случайно. Никогда не планировал быть дизайнером, всегда считал себя фотографом: снимал концерты для крупного медиахолдинга в Москве. В 2009 году окончил юрфак и решил поехать потусить в Израиль. Мне там понравилось, и я получил гражданство.

В Израиле планировал быть фотографом. В стране большая конкуренция, концертных фотографов почти нет, и за такую работу не платят. Мне написал друг из Москвы и предложил должность проджект-менеджера в рекламном агентстве. Я решил, что вернусь в Москву на год.

Концерт группы «Тараканы!» в Москве

Агентство было маленькое, я начал помогать с небольшими задачами по дизайну. Так как я учился в художке, у меня был визуальный вкус. Мне постоянно говорили, что я не справляюсь, но мне было интересно и я хотел развиваться в дизайне.

Через год я ушёл из агентства и вернулся в Израиль. В Израиле продуктовый дизайн развит не так хорошо — российские дизайнеры и студии выше по уровню. У меня было небольшое портфолио: я делал первое мобильное приложение для телеканала СТС и приложение для компании «Джим Бим». Поэтому в Израиле я быстро нашёл работу — устроился дизайнером в небольшую компанию Ideomobile, которая занимается разработкой веб-сайтов и мобильных приложений для израильских банков.

Потом я работал в Sears Israel — израильском подразделении старейшего американского реселлера. Я устроился синьор-дизайнером, сначала занимался вебом, потом — мобильными приложениями.

Затем перешёл в Fiverr и спустя полгода мне предложили взять на себя мобильные приложения компании. Так я стал лид продакт-дизайнером и почти два года был единственным специалистом, отвечающим за дизайн приложений. Я работал напрямую с разработчиками, практически перестал работать с другими дизайнерами на вебе. Был сам по себе.

Это классный опыт. Когда работаешь в команде с другими дизайнерами, всегда знаешь, что кто-то подстрахует. Я работал один и приходилось чётче упорядочивать свои задачи и лучше распределять время. Это сильно влияет на подход к работе и её скорость. Я стал работать очень быстро, у меня не было времени размышлять, нужно было просто решать задачи.

Я бы работал в Fiverr и дальше, так как у компании есть офис в Нью-Йорке. Когда сообщил о своём переезде в США, мне сказали, что дизайнер в Нью-Йорке компании не нужен. На этом мы и попрощались.

Офис Fiverr в Тель-Авиве

Ты переехал в Нью-Йорк, когда получил предложение от другой компании?

Нет. Я переезжал в никуда. У меня не было ни работы, ни жилья — только виза. Я начал искать работу уже после переезда.

Даю классный совет тем, кто планирует переехать в другую страну: прокачайте Линкедин. В Израиле и США это активная социальная сеть. За полгода-год поменяйте локацию на тот город, в который планируете переехать, тогда начнёте всплывать в поиске у местных эйчаров.

Мне начали писать из Нью-Йорка. Когда переехал, у меня уже было 10 потенциальных собеседований по Зуму. В свой первый день в Нью-Йорке, вместо того чтобы есть хот-доги и смотреть на красоты города, я сидел у друзей в квартире и общался с эйчарами разных компаний.

Как в итоге нашёл работу?

Мне написал знакомый из Израиля, который тоже переехал в Нью-Йорк. Он предложил идею для стартапа и долго меня пушил. Я пытался объяснить, что ужасно боюсь, так как только переехал, а он предлагает работать в компании, которой фактически нет. Но в итоге я согласился. Всё-таки я переехал после 11 лет жизни в Израиле, чтобы начать всё с чистого листа, в том числе и карьеру. Сейчас я основатель и руководитель отдела дизайна в A.Team.

Как всё развивалось?

Это крутой, но тяжёлый опыт. Когда приходишь работать дизайнером в компанию, у тебя есть какой-то минимум: кто-то до тебя что-то сделал. Я всё строил с нуля. Когда спрашивал у начальника: «А что вообще будем делать?», ― он тоже не знал. У нас была только идея. Мы совершали ошибки, потому что не знали, как правильно.

Первые два месяца мы сидели в квартире фаундера и пилили презентации, чтобы ходить и продавать идею потенциальным инвесторам. Планировали привлечь четыре миллиона долларов, а привлекли пять с половиной миллионов. Через неделю началась пандемия. Если бы мы затянули на пару дней, то, скорее всего, ничего бы не привлекли и разошлись.

Нами заинтересовались инвесторы разных уровней. Например, инвестором стал один из двух фаундеров Fiverr. Он же фаундер Lemonade — это популярная страховая платформа в США, где можно застраховать всё. Нашим инвестором стал глава эйчар-отдела Эпл, один из фаундеров Upwork.

Полтора года я был единственным дизайнером в компании и занимался всем: продуктом, маркетингом, соцсетями, флаерами, визитками. Мне пригодился израильский опыт, когда я был единственным дизайнером мобильных приложений в Fiverr.

Компания выросла с трёх до 28 человек. У нас всё онлайн. В компании работают люди из разных городов США, Израиля, Португалии, Великобритании. Основные разработчики сидят в Тель-Авиве.

Работаю на удалёнке

Какие задачи у компании?

Компания называется A.Team. Когда-то в 80-х был американский сериал про команду, которая решала «вопросики». В английском языке это устоявшееся выражение, обозначающее команду топ-специалистов, которые решают проблемы без вопросов.

Представь: у тебя есть успешная сеть кофеен, и ты хочешь сделать мобильное приложение, чтобы люди делали заказы онлайн. Но это кофейня. Нет разработчиков и дизайнеров, только бариста и менеджеры. Ты приходишь к нам на платформу, выбираешь опцию «сделать мобильное приложение», а мы говорим, что для этого нужен проджект-менеджер, разработчики, дизайнеры и так далее.

Если ты хочешь ещё фотографа и копирайтера, то добавляешь эти роли в корзину. Для каждой роли можно прописать пожелания по опыту и навыкам. Ты создаёшь идеальную команду, словно собираешь Лего. У нас есть своя база фрилансеров. Фрилансеры получают этот заказ и формируют свою команду на основании опыта. Например, менеджер, А работал с дизайнером Б. Мы создаём команду так, чтобы им не нужно было притираться друг другу. Работа начинается на старте, без лишней раскачки.

Компания предоставляет тебе команду. Дальше через нашу платформу ты следишь за процессом работы и платишь каждому из членов команды. Мы гарантируем тебе реализацию проекта, а фрилансерам — оплату в срок. Компания защищает интересы обеих сторон.

Наш заработок — это процент от клиента. От команды фрилансеров мы ничего не получаем. По всем вопросам они пишут нам напрямую. Это не безликая служба поддержки, а реальные люди. Мои соцсети открыты, любой может написать.

В пандемию все стали работать удалённо, поэтому дело пошло. В начале мая 2021 года наши фрилансеры заработали первый миллион. Мы получили свои проценты. Уже перевалили через два и три миллиона, сейчас думаем, как расширяться. Месяц назад взяли дизайнера, который помогает мне с маркетингом. Меня активно уламывают взять ещё одного, но я упираюсь.

Почему не хочешь взять ещё одного дизайнера?

Понимаю, что пока справляюсь один. Новому человеку будет тяжело втягиваться. У нас нет гайдлайнов. Мне ещё нужно создать дизайн-систему. Поэтому придётся всё перепроверять, это дополнительная работа.

Также я ещё не избавился от травмы, которая появилась во время работы в рекламном агентстве в Москве. На протяжении года мне говорили, что дизайн — это не моё. Поэтому у меня до сих пор синдром самозванца.

Мне кажется, что если мы возьмём нового человека, он на всё посмотрит свежим взглядом и скажет, что это какая-то чушня. Хотя прошло 11 лет, я переехал в США, но я ещё не могу себя настроить на то, что я крепкий дизайнер. Поэтому хочу укрепиться: я не просто много работаю, а очень много работаю, чтобы сделать всё на том уровне, который считаю хорошим.

Как способ борьбы с синдромом самозванца ты не рассматривал такой подход: обучать других, выступать на конференциях?

Я отлично понимаю, что это хороший способ. Но мне кажется, если я выйду на сцену, то слушатели спросят: «А кто это?» Плюс у меня нет никакого образования в дизайне. Я не очень понимаю, чему смогу научить. Весь опыт появился в процессе работы, на практике.

Моя ценность больше техническая. Если ко мне придёт человек, который занимается дизайном, и попросит совета, я без проблем отвечу. Потому что это работа с материалом.

Но в то же время ты член разных дизайнерских ассоциаций. Расскажи об этом.

Всем этим я начал заниматься, когда собирал документы на визу О-1. Это виза для людей с выдающимися способностями в науке, искусстве, бизнесе и спорте. По работе я предпочитаю оставаться в тени, но для получения визы нужно показать людям, которые будут рассматривать мою кандидатуру: я крут, обо мне знают, я представляю ценность в профессии. Поэтому я начал участвовать в конкурсах.

В какой-то момент я получил приглашение стать членом жюри в несколько комьюнити: CSS Design Awards, AIGA, AOI, The Webby Awards. Раз в неделю я занимаюсь тем, что сижу и оцениваю разные сайты и приложения.

Все проекты разного уровня и значимости. CSS Design Awards — авторитетная платформа. AIGA — старейшая организация, которая представляет американский институт графического дизайна. Она существует ещё с тридцатых годов. Люди в дизайне знают об этих комьюнити. Это узконаправленные конкурсы — типа Оскара и Грэмми для дизайнеров.

В каких-то комьюнити ты сам выставляешь свои работы, набираешь оценки, а потом тебя приглашают стать членом жюри. Иногда можно написать самому и предложить рассмотреть свою кандидатуру. Я использовал все эти возможности. Есть дизайнеры, которые просто делают работы на конкурсы и набивают свою значимость в комьюнити.

Для бюрократов, которые рассматривают кейсы на визу, эти сообщества ничего не значат. Моё участие в них нужно для подтверждения статуса. В итоге участие помогло с визой. На момент подачи документов я был не начинающим дизайнером, а специалистом с опытом.

Проект для GoPro. Be a hero. Концепция приложения Эпл Вотч

Как ты получил визу?

Виза О-1 — это виза для людей с экстраординарными способностями в науке, спорте, искусстве и бизнесе. Но для большинства русскоязычных дизайнеров — это «дизайнерская виза». Многие попадают по ней в США.

Визу нельзя получить самому, только через специального адвоката. Вы общаетесь, он пытается понять твой уровень и на первом этапе говорит, есть шанс или надо ещё прокачаться.

Процесс подготовки кейса для визы занимает около года. Вы собираете награды, публикации, выступления, участия в разных конкурсах, рекомендации. Адвокат отправляет документы в миграционную службу. Визу дают на три года, потом её можно продлить. Это не иммиграционная виза, с ней нельзя податься на гражданство. Чтобы продлить визу, нужно предоставить доказательства, что ты работал в своей сфере и прокачивался.

С такой визой можно прожить в США всю жизнь: у меня те же права и обязанности, но я не могу голосовать. Самое главное — это найти крутого адвоката, который посоветует, как прокачать кейс.

Как ты планировал переезд?

В моей жизни много случайностей. Я не планировал переезд. Когда работал в Израиле, знакомые предложили фриланс. Я обычно не занимаюсь фрилансом, предпочитаю быть полностью в задаче. Но мне понравилась идея — нужно было сделать образовательную платформу по математике для маленьких детей. Это был стартап учёного-математика.

Мы не обсуждали стоимость. Когда я сделал проект, мне предложили несколько вариантов оплаты: перевести деньги или оплатить услуги адвоката, который занимается визой. На тот момент у меня была очень хорошая зарплата, я не нуждался в деньгах, поэтому выбрал второй вариант. Услуги адвоката стоят 11 тысяч долларов, самому отдавать такие деньги у меня не было желания. Я воспринял идею без энтузиазма. Получится — ок, не получится — буду дальше жить в Тель-Авиве.

Через год адвокат написал, что моя виза одобрена. Я подумал, что будет глупо не воспользоваться таким шансом. Если не получится, я всегда могу вернуться, но в резюме уже будет указано, что я работал в США. Так я оказался в Нью-Йорке и не жалею.

В одном интервью ты отвечал на вопрос: куда расти дизайнеру в Израиле. Ты говорил, что надо переезжать в Сан-Франциско или Нью-Йорк, Берлин или Лондон. Почему так?

В Израиле крутой дизайн упаковки, есть несколько дизайнерских школ, которые этому учат. Но как в 2011, так и в 2021 году дизайн продукта в Израиле до сих пор слабый. Крутые израильские дизайнеры, как правило, русскоязычные репатрианты. Дизайн в России на высоком уровне, поэтому российских дизайнеров ценят и в США.

У дизайнера в Израиле несколько путей. Если те, кто из дизайна уходят в управление. Другие работают в хороших компаниях, им каждый год повышают зарплату, и их это устраивает. Есть такие подорванные, как я, которые хотят развиваться именно как дизайнеры, набираться опыта в разных компаниях.

Из-за того, что рынок в Израиле очень маленький, после метания из одной компании в другую упираешься в потолок. Поэтому приходится выбирать: становиться арт-директором или думать: «Что делать дальше?»

Я не хочу быть менеджером, мне интересен дизайн. Самые популярные направления для развития — Лондон, Берлин, США. В последнее время стал популярен Амстердам. Это направление для креативных ребят, которые хотят работать в стартапах.

В США два города для развития. В Сан-Франциско — стартапы, все ходят в чёрном, пьют кофе и ездят на Теслах. Нью-Йорк больше по хардкору: нужно много пахать, тут постоянно дождь, снег, бомжи и крысы. По вайбу мне ближе Нью-Йорк.

Сейчас в США становится популярен город Остин, Техас. Из-за пандемии многие компании стали закрывать офисы в крупных городах и переезжать в недорогой Остин. Говорят, он может стать новой Кремниевой долиной.

Дизайн в России на высоком уровне. Поэтому российских дизайнеров ценят и в США

Какие скиллы должны быть у дизайнера, который собирается переехать?

Думаю, из России или Украины переехать в США легче, чем из Израиля. Потому что в Израиле до сих пор есть ощущение, что дизайнер рисует картинки. В основном это хард-скиллы. У русскоязычных дизайнеров прокачаны софт-скиллы: они много выступают, защищают свои работы, тратят время на рисёрч. В США ценят такие навыки.

В США дизайнеру с классным портфолио могут отказать в работе, если он не может связать двух слов или защитить свою работу. Софт-скиллы важнее хардовых. Поэтому русскоязычным будет легче. Дизайнер в Израиле на подхвате, его не воспринимают как важного персонажа в команде.

Прокачивайте речь, способность анализировать, защищать свою работу. Не поддавайтесь на отказы и не бегите делать ещё 250 вариантов. Такой подход ценят в стартапах.

Есть ещё какие-то вещи, которые не простят в США, но в Израиле и России этому не придают значение?

Это больше связано с культурой, она очень отличается. Израильская культура ближе к российской и украинской, чем к американской. Фидбек в США называют «сэндвич»: сперва тебя хвалят, потом критикуют, а затем снова говорят, какой ты замечательный.

В России, Украине и Израиле не тратят время на похвалу. Если ты сразу критикуешь, в США тебя считают пассивно- или активно-агрессивным. Людей это отталкивает. С таким подходом мне было тяжело: я из Украины, жил в России и Израиле, поэтому привык сразу говорить в лоб.

Меня все считали очень агрессивным. Один раз меня похвалил фаундер, что я стал не активно-, а пассивно-агрессивным. Сейчас я заранее извиняюсь, когда даю комментарии. Важно уметь быстро перестроиться, иначе людям будет неудобно с тобой работать.

Израиль ― это Ближний Восток, в лицо кричат всё, что думают. У меня есть любимая фраза ― gypsy party: так я говорю, когда всё наляписто и свалено в одну кучу. Первое время коллеги меня не понимали, думали, что это оскорбление, но потом привыкли. Но в рамках американской культуры так говорить всё равно плохо.

Возьмём рабочий момент. Ты предлагаешь решение, с которым не согласны. Это частая боль. Как бы такая ситуация решалась в российской, израильской и американской компаниях?

Всё зависит от дизайнера, размера компании и её внутренней культуры. По своему опыту скажу: когда в больших компаниях начальник говорит, что нужно что-то убрать, ты убираешь. Если это маленькая компания и ты играешь в ней значимую роль, то это другое.

В нашей компании я играю большую роль. Если мне говорят, что моё решение не подходит, я требую, чтобы мне объяснили, почему. Я должен знать, почему что-то не будет работать, чтобы в будущем это учитывать.

С нашим фаундером мы знакомы много лет, поэтому у нас немного нестандартное общение. Я могу кричать, отстаивая своё мнение. Для меня это не просто работа с 09:00 до 18:00, каждый из нас вкладывает душу в проект, живёт им. Мы делаем продукт для людей, поэтому не должны опираться на личный вкус. Хорошо, что мы израильтяне, поэтому иногда кричим друг на друга без обид.

Я могу изменить мнение, если мне докажут, что моё решение ошибочно. У меня есть папка со всеми моими решениями. Часто бывает, что решение начальства не работает, поэтому запускаем в работу мой вариант. В общении с американцами я раскладываю всё по полочкам. Со мной обычно соглашаются, или мы находим третью точку зрения, которая удовлетворит всех.

В стартапе важно пробовать. Редко бывает, что находишь правильное решение с первого раза. В больших компаниях люди часто сдаются, так как нет прямой связи между руководством и дизайнером. Дизайнер может перетащить на свою сторону менеджеров, затеять войну, и в итоге фаундер согласится, что кнопка должна быть круглой. Но это редкость. Страна не играет роли, важен размер компании и отношение к дизайнеру. Где-то он важен, где-то ― нет.

В стартапе важно пробовать. Редко бывает, что находишь правильное решение с первого раза

Так как мы оба жили в Израиле, то знаем, что в стране всё немного по-другому: рынки маленькие, менталитет восточный, все друг друга знают. Достучаться до кого-то проще.

То, что в Израиле считается крупной компанией, в других странах — компания среднего размера. Тот же Fiverr считается крупной компанией, а по факту в ней работало около 300 человек. Я сидел на одном этаже с фаундером, мог подойти к нему и что-то спросить.

В Израиле так можно, потому что это часть культуры, все друг друга называют «брат». В российском офисе Яндекса так просто не подойдёшь к фаундеру со своей идеей: у тебя своя команда и задачи. В США так же.

Есть такое мнение, что в Израиле русские работают больше, чем коренные израильтяне. Ты с этим сталкивался?

Это так. Думаю, это связано с синдромом самозванца. Когда мы растём, у нас есть паттерн про «сына маминой подруги». Нам в пример всегда ставили других, поэтому мы привыкли работать больше. В Израиле этого нет: детей не сравнивают ни с кем, они там на вес золота.

Поэтому работник-израильтянин считает себя классным, просто потому что он есть, а русский считает, что есть кто-то лучше. И этот классный израильтянин становится тем сыном маминой подруги. Поэтому ты хочешь стать лучше. При этом в США и Израиле ценят русских дизайнеров и программистов, они считаются классными. Во многих крупных израильских компаниях главные разработчики русскоговорящие. Да, ты можешь считать себя крутым, но в голове всё равно будет мысль, что нужно работать больше.

Какие были факапы в работе?

Полно: где-то что-то не проверил, например. В дизайне я задрот, проверяю каждый пиксель. В работе не бывает без факапов. Главное — понимать, что даже жёсткий факап всегда можно исправить. Важно учиться на ошибках. За 11 лет я не могу назвать какого-то жёсткого факапа. Что-то случалось, я исправлял и двигался дальше.

Как начинающему дизайнеру развивать вкус?

Надо развивать насмотренность: чем больше видишь, тем лучше понимаешь, какие приёмы сработают. Я не особо верю в учебники про дизайн, когда умный дядька нарисовал в 80-х логотип Эпл и пишет, как быть дизайнером.

Дизайн, как программирование и юриспруденция, — это мягкая и гибкая материя, которая постоянно меняется. Нужно каждый день выделять время на то, чтобы смотреть чужие работы. Если этим не заниматься, то в какой-то момент начинаешь терять связь с реальностью и делаешь одно и то же.

Смотреть мастер-классы тоже можно, но важно понимать, что это опыт другого человека, и не факт, что он будет применим к твоей работе.

На чужую работу тоже нужно смотреть трезво: она может быть красивой, но трудно реализуемой. А что-то менее красивое может быть логичнее технически и удобнее при реализации.

У меня нет специального образования, я не прочёл ни одной книги по дизайну, не был ни на одном мастер-классе. Весь мой опыт построен на пробах и ошибках за последние 11 лет. Важно относиться к работе как к хобби и кайфовать от того, что делаешь. Тогда всё складывается.

Какие не связанные с дизайном вещи, помогают развивать насмотренность? Тебе помогает занятие фотографией?

Безусловно, это помогает. Мне важно заниматься фотографией, и Нью-Йорк мне в этом помогает. Я смотрю на микс разных архитектурных стилей, иногда смотришь и думаешь: «Как красиво» или «Как ужасно». Я люблю фотографировать людей в каком-то моменте. Наша жизнь очень красива в мелочах.

Обязательно надо посещать музеи, выставки, смотреть кино, читать книги. Моя слабость ― книги с картинками. Первая вещь, которая появилась в моей квартире в Нью-Йорке, ― полочка для книг.

Важно смотреть, в общем. Даже компьютерные игры могут быть произведением искусства. Важно, чтобы что-то влияло на тебя как на человека, а уже потом как на специалиста, чем бы ты ни занимался.


Вайб Нью-Йорка

Есть дизайнеры, за работами которых ты следишь и ими вдохновляешься?

Такой подход больше подходит для начинающего дизайнера, когда нужна ролевая модель. Это нормально. Есть люди, которые меня восхищают. Я смотрю на их работы и не могу понять, как они это делают. Это не значит, что я хочу так же. Это может быть не моя область и стиль, но подход поражает. Лучше смотреть на людей из других сфер и вдохновляться их работами.

Считаю, что Даня Криворучко — гений. Он из Крыма, сейчас живёт в Нью-Йорке. Занимается моушн-дизайном, анимацией и интерактивным дизайном. Сейчас увлёкся НФТ, сделал крутую коллаборацию с американским скульптором, который создаёт скульптуры в виде кристаллов. Даня сделал программу, которая создаёт цифровые кристаллы, каждый из которых уникален. Можно купить разные камушки, и из них будут вырастать кристаллы. Потом они хотят собрать все кристаллы и соединить вместе, что из этого получится — никто не знает.

Когда я в первый раз был в Нью-Йорке я написал Дане, мы встретились, пообщались и общаемся до сих пор.

Получается, это уместная история: тебе нравится какой-то человек в профессии, ты ему пишешь и вы встречаетесь?

Это абсолютно уместно. Необязательно даже писать людям из твоей сферы. Я знаю, что писать незнакомым людям бывает страшно. Мне писали люди, что были в Нью-Йорке, но побоялись пригласить пообщаться. Но в этом нет проблемы. Самое страшное, что может случиться, — я скажу, что занят. Я открыт для встреч и знакомств. Часто сам пишу интересным людям и предлагаю познакомиться. Мне интересно узнавать что-то новое. Кто знает, как в будущем обернётся знакомство. Поэтому писать первым и предлагать пообщаться — это правильное решение.