10 набор – Кто студент

Команда мечты: как работает редакция из выпускников школы

Секрет работы редакции IT-Agency не только в том, что все её участники — выпускники школы, но и в том, что отстроены все процессы и есть понятные пути роста для каждого члена команды. Крутые процессы притягивают крутых людей.

Кто есть кто в редакции

Направление контент-маркетинга в IT-Agency занимается контент-маркетингом агентства, построением системного контент-маркетинга для сложных B2B-компаний с длинным циклом сделки и производством экспертного контента.

Сейчас в команде 7 человек, все они — выпускники Школы редакторов:

  • — Руководитель направления — Люба Мамаева (4 поток);
  • — Старший редактор — Маша Терминасова (3 поток);
  • — Специалисты: Света Савкина (5 поток), Лариса Васина (10 поток) и Аня Бугаева (5 поток);
  • — Младшие специалисты: Артём Пак (5 поток) и Надя Иванян (13 поток).

К этой команде добавляется 1−2 стажёра: это ребята, к которым присматриваются на боевых задачах. По статистике в команду попадает примерно половина всех, кто получил приглашение на стажировку после собеседования и тестового задания.

Люба Мамаева

Наша команда контент-маркетинга IT-Agency — это действительно команда мечты для меня. Это смелые, открытые ребята, которые не боятся брать на себя ответственность и растут невероятно быстро. Быть наставником для них — супер-классная миссия.

Должности, грейды и роли

В агентстве не используется слово «должность» и есть сразу две системы описания специалиста: его грейд и роль. Команда контент-маркетинга переняла и адаптировала под себя эту идею. Вот, что вышло:

Грейд Роль
Описывает умения и навыки сотрудника. Грейд остаётся неизменным до повышения. Обычно это 7−9 месяцев. Описывает уровень ответственности. Одновременно можно быть в разных ролях на разных проектах. Чем выше грейд, тем сложнее может быть роль.
Грейды:
  • Групп-хэд,
  • Старший,
  • Специалист-3,
  • Специалист-2,
  • Специалист-1,
  • Младший.
Роли:
  • Консультант,
  • Аккаунт-менеджер,
  • Ведущий проекта,
  • Ведущий в зоне контента,
  • Редактор.

Редакторы на любых грейдах и в любых ролях общаются с клиентом напрямую, но младшие всегда «с прикрытием». В пресейлы берут не всех, младшие и специалисты-1 здесь не очень полезны, их подключают после продажи проекта.

На каждый проект Люба подбирает свою комбинацию специалистов и распределяет между ними роли. Выбор зависит от того, кто сейчас посвободнее или кому проект больше нравится. Также ведущий (о том, кто это, ещё будет далее) может попросить кого-то опредённого в проект.

Пример 1. Построить системный контент-маркетинг

Если это проект, где нужно построить системный контент-маркетинг для компании с циклом сделки около года, специалисты будут такие:

  • — Групп-хэд в роли аккаунт-менеджера;
  • — Старший редактор в роли ведущего проекта;
  • — Один-два специалиста в роли редакторов;
  • — Специалисты из других направлений: оптимизатор, дизайнер, джедай.

Все задачи по проекту ставит старший редактор, он же координирует работу специалистов. Каждый из специалистов работает в своей зоне и отвечает за результат в доверенной области перед клиентом. Старший редактор выполняет роли стратега и менеджера, отвечает за качество всех задач. Групп-хэд в этом проекте будет выступать внутренним «адвокатом» клиента и помогать в коммуникации и сложных моментах.

Пример 2. Забрать на себя часть производства контент-маркетинга

Если это проект, где команда забирает на себя часть производства у хорошо отлаженного отдела контент-маркетинга клиента, то будут такие специалисты:

  • — Групп-хэд в роли консультанта,
  • — Специалист-2 в роли ведущего проекта,
  • — Младшие в роли редакторов.

В роли ведущего уже просто сильный специалист, не супер-опытный старший. Так можно, потому что большая часть работы ведётся по отработанному процессу и готовым шаблонам. Здесь редко что идёт не так, и весь фокус внимания — на работу со сроками и согласованиями.

Аня Бугаева

Первые несколько месяцев все, кто приходит на позицию автора, пишут сами. Дальше всё зависит от твоей инициативности. Когда ты доказал, что можешь отвечать за результат, то потихоньку сам просишь или тебе предлагают новые зоны ответственности. Например, я на одном проекте сначала была автором. Со временем он перешёл ко мне и теперь я там за всё отвечаю полностью: за процессы, результат и дедлайны.

Лариса Васина

  • Всё зависит от уровня человека в команде. Например, у младших авторов минимум ролей, они в основном пишут, иногда общаются с клиентами. Но чем дольше работаешь, тем больше ролей появляется.
  • Сейчас я участвую в четырёх внешних проектах, на которых у меня разные роли. В одном из них я помогаю ведущему проекта: делаю исследование, проектирую инструменты для дальнейшей работы: темник, контент-план, участвую в клиентских планёрках.
  • Другой проект я веду сама и пишу там сама. Третий проект веду, но пишу руками младших авторов, то есть уже немного и управленец, и главред. А в четвёртом проекте я автор и менеджерю проект: общаюсь с клиентом, договариваюсь с ребятами из другого направления, которые тоже работают на этом проекте.

Вывод: один человек может быть в нескольких ролях на разных проектах. Всё зависит от сложности проекта. В направлении контент-маркетинга используется такая схема потому, что так редакторы быстрее набирают разный опыт. Пробуясь в разных проектах, они начинают лучше понимать, в каком направлении хотели бы развиваться.

Развитие в команде: личные планёрки, план роста и семинары

У каждого члена команды есть личные планерки, это 30−60 минут в неделю в зависимости от грейда. Старшие консультируются со своим ведущим обычно час каждую неделю, специалисты — час раз в две недели, младшие — по полчаса каждую неделю.

Хотя план личных планёрок зафиксирован, порой бывает, что на проекте возникает сложная ситуация, которую нужно обсудить. Тогда, как говорит Света Савкина, ребята могут попросить ведущего о личной внеочередной планёрке. Это помогает не накапливать напряжение и негативные эмоции, сразу всё проговаривать и вместе находить решение.

Лариса Васина

Личная планёрка проходит раз в две недели, занимает один час. У каждого младшего сотрудника есть наставник. Личная планёрка — то место, куда ты можешь прийти со своим вопросом к наставнику. Это может быть что-то, связанное с проектами, с командой или что-то, не связанное с работой. Это инструмент, чтобы проанализировать работу или получить дополнительные знания, которых не хватает в моменте, или получить человеческое общение.

Аня Бугаева

Личные планёрки — это терапевтически очень классная штука. Это примерно как раз в две недели на час сходить к психологу или к коучу.
На личных планёрках мы обсуждаем сложности и радости, свои чувства и эмоции по отношению ко всему. Люба со стороны руководителя проверяет, в каком состоянии её сотрудник. А я как сотрудник могу выговориться, поделиться радостью, сомнениями и получить совет и поддержку.

Надя Иванян

Когда я была стажёром, у меня было два созвона с Любой в неделю. На них я могла задавать свои вопросы. Это могли быть любые вопросы, не только по задачам. Люба рассказывала, как они пришли к какому-то формату. Она полностью погружала меня в контекст. Объясняла, как это работает.

Личные планёрки, по словам Маши Терминасовой, — одна из традиций агентства. У каждого в компании есть ведущий, им может быть непосредственный руководитель или человек из другого направления, но он обязательно должен быть старшим. С ним проходят личные созвоны, на которых можно обсуждать любые вопросы. Такие планёрки дают спокойствие в мире большого объёма задач.

У всех членов команды есть план роста. Каждый может выбрать свой путь или не выбирать — тоже подходит.

Света Савкина

  • План составляется в паре с ведущим. В нём прописано, какие навыки, опыт и знания нужно иметь редактору, чтобы повысить свой уровень и поднять себе зарплату. Он охватывает такие зоны, как редактура, управление и организация, переговоры, продажи и т. д.
  • План хорош тем, что пункты имеют чёткую формулировку задачи и результата. Например, «взять на себя зону внешних публикаций: выпускать в СМИ минимум две статьи в месяц».
  • Или другой пример: «Научиться вести проекты: отвести клиентский проект такого-то масштаба с соблюдением сроков и часов».
  • Иногда бывают задачи с субъективным результатом, например, понимать потребности ЦА и писать статьи так, чтобы они отвечали им. В этом случае выполнен пункт или нет, решает ведущий.

Аня Бугаева

В агентстве развиваешься со скоростью ракеты, летящей в космос. У каждого из нас есть план роста, есть понимание что такое «новая ступень» твоего развития. Я не гляжу в этот план каждый день, он скорее служит мне ориентиром.

Помимо личных планёрок, внутри команды регулярно проводятся семинары. Их организует Лариса Васина. Команда подкидывают ей темы, которые было бы интересно разобрать или которые помогут решить задачу, и Лариса зовёт ребят из других направлений их рассказать. Так члены команды получают мощную базу знаний и опыта.

Задачи всегда подбираются под команду. Предпочтение отдаётся проектам, где ребята научатся чему-то. Рутинные задачи тоже бывают, но в каждом проекте есть супер-цель прокачать конкретную зону лучше, чем она была на предыдущем проекте.

Маша Терминасова

Мы сейчас формируем продукты в нашем направлении, они постоянно меняются, и меняем их мы сами. Мы учимся, и в новом проекте уже меняем то, где нам было неудобно. Это живая история. С одной стороны, стрессовая, с другой, соответствует современным маркетинговым реалиям.

Вывод: личные планы и планёрки, обучающие семинары делают своё дело. Стажёры научаются брать на себя больше ответственности и со временем делают всё более сложные задачи. Старшие приобретают навыки по управлению проектами, сотрудничают с компаниями разных направлений и ведут несколько проектов одновременно.

Инструменты для управления проектами

Сейчас команда ведёт 10 проектов и часто помогает коллегам с небольшими задачами. Один редактор может работать на нескольких проектах, поэтому важна система управления всем потоком задач. Команда использует Кайтен — систему совместного управления процессами и командной работой — и систему отчётности по проекту. Это помогает планировать загрузку, помнить о сроках, видеть, когда что-то идёт не так и вовремя реагировать.

Когда у каждого было по 1−2 проекта и одна главная роль, все проекты умещались на одной доске. Сейчас ролей и проектов много: поток детализировали до уровня задач, чтобы повысить управляемость.

Рабочая доска команды: одна дорожка — один проект, одна карточка — одна задача. Это свежая версия доски, её сделали 11 августа, поэтому она ещё не обросла деталями, как в карточках на примере ниже

Кайтен богат фишками: блокировками карточек, аналитикой, дочерними и родительскими связями, ограничениями на количество задач в параллели, удобными оповещениями и лентами обновлений по отдельным доскам. Он визуализирует даже сложные процессы: в контент-маркетинг агентства вовлечено больше 10 человек, есть 15 статусов и полный порядок — всем удобно и ничего не теряется.

Кайтен подсвечивает блокировки прямо на фасадах карточек красными плашками; по каждой задаче видно ответственных, участников, дедлайны. Заранее подготовлены карточки-шаблоны со всеми необходимыми ссылками и метками, а некоторые задачи появляются по таймеру

Из общеагентских техник управления проектами команда использует ганты, внутренние и внешние планёрки по проекту и отчёт «план-факт».

Гант — это «идеальный» план проекта по неделям, делается в таблице. Он никогда не сбывается, но это не проблема — раз в неделю его пересматривают. Он помогает команде распределить задачи внутри оставшегося времени проекта, чтобы всё успеть к сроку.

Внутренние и внешние планёрки проходят раз в неделю, они обязательны для всех команд на стороне агентства и команды клиента. На этих планерках решается большая часть операционных вопросов. На этих планёрках команды используют отчёт «план-факт».

План-факт — это документ, где фиксируется план на неделю и факт выполненных задач. Это летопись проекта без прикрас. Если есть вопросы, которые надо обсудить на команду, они отмечаются в план-факте. Решения этих вопросов — тоже. Этот инструмент вместе с планёрками решает 95% проблем с синхронизацией на проекте.

Маша Терминасова

Раз в две недели подводятся итоги по агентству. Это такой весёлый отчёт, где каждое направление и каждый проект говорит, что произошло, делится клёвыми штуками. Длится это 40 минут, это не скучно, сближает и полезно. Можно подсмотреть у других команд решения, а потом прийти к ним и расспросить подробнее.

Артём Пак

  • У агентства сложился такой образ, что оно про структурность, выверенность, шаблоны и позитивное задротство. На каждый материал и процесс есть шаблоны, которые бережно разложены по нужным папкам.
  • В сравнении с предыдущим опытом работы меня удивила не только внутренняя структурированность, но и фокусировка каждого в команде: что мы сейчас делаем? Зачем? Чего хотим достичь? Каким образом? А как решением будут пользоваться другие? Вопросы кажутся очевидными, пока ты не начнёшь на них отвечать. Теперь я стараюсь этот подход применять даже в обычной жизни.

Вывод: старые добрые управленческие инструменты всё ещё эффективны. Современные инструменты добавляют аналитики и помогают управлять процессом работы команды с опорой на цифры.

Общение команды

Команда, как и все ребята в агентстве, общается в слаке. Стажёрам выдаётся гостевой доступ — они видят только свой канал. Чтобы они могли общаться с теми, кто им нужен по задаче, ведущий стажировки приглашает в этот закрытый канал нужных специалистов.

Надя Иванян

  • Учась в Школе редакторов, я немного побаивалась наших лекторов. И так как ребята в редакции все закончили школу, я думала, что они будут давать такие же строгие правки, как и лекторы. Но с ребятами всё чётко.
  • Мы общаемся в слаке, для меня это новый опыт. У меня как у стажёра был свой отдельный канал, куда мне ребята приводили всех нужных людей. Мне не нужно было бегать по агентству, чтобы понять, кто за что отвечает.

В слаке есть общие для всех каналы: «Команда», «Ценности», «Маркетинг», «Продажи», «Телеграм». Последний канал предназначен для обмена шутками, а называется так потому, что раньше шутки жили в телеграме, потом их перенесли в слак, а название прижилось.

Есть каналы по каждому проекту. И у каждой команды тоже имеется свой канал, например, у ребят это «#редактура», здесь они общаются. Есть канал для вопросов про контент «#редакторы_вопрос».

Маша Терминасова

  • У нас в слаке есть специальный канал, куда можно прийти и сказать «ребята, у меня случилась вот такая штука, и мне кажется, что я могу поступить так или так, и я не знаю, что делать, помогите».
  • И мы помогаем. Это круто, потому что в других клиентских компаниях люди часто боятся действовать не по шаблону. Мне кажется, важно оставаться в мире с собой, а не прятаться за правила и шаблоны, так ты становишься счастливее.

К каждому в команде со стороны руководителя индивидуальный подход. Например, Света Савкина недавно вышла в декрет, они с Любой договорились, что как только Света будет готова, она вернётся к работе.

Света Савкина

И вот спустя три месяца после рождения ребёнка я взяла первую задачу. При этом мы договорились с Любой об очень гибких условиях: если мне станет сложно, мы ставим работу на паузу и возобновляем, когда будет комфортно. Не знаю, где ещё такое возможно.

Ребята отмечают, что хотя все живут в разных городах и некоторые не виделись друг с другом вживую, а всё общение проходит онлайн, они настоящая команда. Помогает в этом традиция созваниваться каждую неделю и обсуждать, что у кого нового. Раз в год случаются общекомандные встречи.

Аня Бугаева

Я уже работала в команде, где все тоже были классными и талантливыми ребятами. Но то, что есть сейчас, чему я поразилась — это сила эмпатии. Эмоциональный интеллект, который есть у всех членов нашей редакции — это наша отличительная черта. Когда ты попадаешь в такую атмосферу, тебе тоже приходится развивать софт-скиллы, расти в этом направлении. У нас всё очень комфортно, очень заботливо.

Вывод: Хотя по большей части общение проходит онлайн, и порой это не совсем удобно и не хватает личных встреч, ребята настоящая команда близких по духу людей. Поддерживают друг друга и всегда готовы прийти на помощь.

Команда редакторов IT-Agency на еженедельной планёрке. Нет Светы, потому что она в отпуске по уходу за ребёнком. Света работает по индивидуальному расписанию, без созвонов, берёт в работу несрочные задачи

Решение конфликтов и разбор ошибок

Напряжение ребята стараются отлавливать на подлёте и не ждут, когда оно дойдёт до точки. Если что-то не устраивает, то это проговаривают, конфликту сложно родиться в такой атмосфере. К тому же, чтобы разногласий не было, Люба внимательно выбирает членов команды.

Лариса Васина

У нас работают здоровые адекватные люди, у всех могут быть эмоции в моменте. Если что-то случилось, ты можешь написать в личку и поговорить, либо попросить совета у своего ведущего, если не получается решить вопрос самостоятельно. Я знаю точно, что если что-то случится, то это не будут замалчивать. Мы это разберём.

Работу над ошибками проводят на ретро после проекта. Это время выпустить пар и конструктивно подумать, где дали маху и как не повторять. Ошибки разрешены всем в агентстве, важно на них учиться и не повторять.

Маша Терминасова

  • У нас можно ошибаться. Это очень ценно, никто тебя за ошибку не убъёт, потому что нельзя делать и не ошибаться. Это просто рабочий момент, который разбирается на ретро, на личных созвонах с руководителем. Не вытесняется, не шеймится, не капсулируется, а разбирается, и ты идёшь вперёд.
  • Люба считает, что на ретро все вставляют друг другу пистонов. Моё оружие ― это доброта, поэтому я не так считаю. Я считаю, что ретро ― это специальный созвон, на котором мы по шаблону обсуждаем, что было на проекте. Что было классного, что не очень, что было неожиданного, нового, что нам нужно улучшить.
  • Обсуждаем отношения с клиентами, работу. Можем обсудить даже поведение в команде, может, кто-то себя не так повёл или, наоборот, молодец. Мы смотрим на задачи, на результат и на отношения с клиентами и друг с другом. Такие же ретро у нас есть раз в квартал по направлению. Всё это помогает не теряться.

Лариса Васина

  • После каждого проекта есть стадия ретро-анализа. Вся команда собирается на созвоне и начинается обсуждение. Абсолютно все могут сказать, что было неправильно, что не понравилось, что было неудобно.
  • Обсуждаем и положительные стороны: можно похвалить кого-то, например, себя. Всё это Маша сводит в общую таблицу, а в конце встречи мы делаем выводы, придумываем, как ту или иную ошибку решить. Далее Маша создаёт новый шаблон или дополняет инструкцию.
  • Однажды Люба продала проект и поставила «1−2 недели на реализацию». Клиент услышал одну неделю и ожидал результат ровно через неделю. У меня параллельно шли другие проекты и я не успевала нормально вписаться. Пришлось всё двигать и передоговариваться по другим проектам. Мы всё успели, но было очень стрессово. На ретро мы это обсудили и договорились, что будем чётко прописывать срок, не давать клиенту разброс.

Ошибаться могут все, и даже руководитель. Ребята отмечают, что их приятно удивило, как в таком случае Люба признаёт промахи:

Аня Бугаева

  • Она всегда спокойно рассказывает, если где-то ошиблась. Те, кто младше, так учатся, потому что понимают, какие могут быть ситуации и как в них себя вести.
  • В команде нет ощущения, что у тебя есть руководители, которых надо бояться или особо им респектовать. Есть ощущение партнёрства, что мы все делаем одно общее дело и все в нём заинтересованы, просто у кого-то больше ответственности.

Вывод: никакой магии, процессы рулят. Ошибки — часть процесса. Если кто-то часто допускает типовые ошибки, руководитель разговаривает с ним и выясняет, в чём дело. Маша Терминасова говорит: «Так это и работает: каждый на своём месте делает хорошо, а потом придумывает, как делать ещё лучше».

Влияние Школы редакторов

Все в команде ― выпускники Школы редакторов.

Аня Бугаева

  • Я отношусь как к совпадению к тому, что команда на 100% укомплектована выпускниками Школы редакторов. Но с другой стороны, это не удивительно, ведь у нас со школой схожие ценности. У нас все классные и сильные, но не только потому, что закончили школу, а потому что много и давно работают с контентом.
  • Благодаря школе за плечами работать гораздо удобнее. Все на одной волне и не нужно тратить время на объяснение таких понятий, как «Прибить гусеницу» или «Сделать».

Маша Терминасова

  • На первых уровнях твоя задача ― сделать нормальный текст под нужный формат. Я смотрю текст, мы что-то правим, но я знаю, что после пяти раз можно уже не смотреть, и в следующих проектах можно не смотреть, если ребята сами не попросят. Думаю, в этом есть заслуга школы, если ты закончил хотя бы одну ступень, ты уже будешь писать нормально.
  • Второй момент ― если человек взял задачу, он скорее всего её сделает. Это базовая вещь, которая помогает работать в одном темпе. Это тоже заслуга школы.
  • И третий момент ― ребята не ссут. Кто прошёл ступень в Школе редакторов, того не испугаешь неизведанной сложной штукой, которую нужно сразу делать круто или хотя бы с третьей итерации. Ребята готовы развиваться дальше. Школа крута тем, что задаёт тебе вектор развития и ты потом никогда не остановишься, будешь бежать дальше.

По словам ребят, то, что все они учились в школе, даёт им большой комфорт и позволяет доверять членам своей команды. Каждый понимает, что можно ожидать друг от друга и как все будут работать.

Люба Мамаева

  • Мне кажется, что единая база у всех в команде — это большая удача. Плюсуем к ней шаблоны и подход к проектам, которые нам достались от Наташи Ганецкой, добавляем любовь агентства к чётким процессам — получается команда мечты.
  • Не знаю, сможет ли кто-то, кто не учился в школе, присоединиться к нам — время покажет. Мы начинаем переход от стадии одной команды к микро-юнитам, а в новых реалиях «можно всё».

Вывод: вся команда редакции IT-Agency — выпускники школы. Это бонус к производительности и взаимопониманию. Общая база, а также отстроенные процессы, по словам Маши Терминасовой, позволяет команде делать «крутой, близкий к продуктовому, контент-маркетинг, который никто на рынке не делает».

Написала и отредактировала Ксения Терлецкая. Рисовала обложку Марина Похващева.

Не пропустите. Новые выпуски в нашем Телеграм-канале:

в Контакте
в Телеграме

Сменить профессию через обучение

Карьерный консультант и выпускники школ о том, как выбрать новую профессию после 30, влияют ли на выбор возрастные кризисы и чем поможет карьерный план.

Менять профессию считалось неправильным 20−30 лет назад. Наши родители выбирали профессию на всю жизнь, и с такими же рекомендациями их дети поступали в институты.

Сейчас всё поменялось: экономика, отношения, ценности. Можно искать и находить себя до старости, пробовать новое и применять опыт там, где он даст больше пользы. Нет социальных запретов поменять профессию, но есть трудности с тем, как это сделать во взрослом возрасте. Разобраться в вопросе смены карьерных траекторий нам помогла Анна Гагарина.

Анна Гагарина, карьерный консультант

Примерно две трети клиентов Анны хотят найти себя в другом деле. Для клиентов из России этот запрос самый популярный.

Каковы самые частые сценарии смены профессии?

Чтобы сменить профессию, человек:
— учится, потом ищет работу;
— учится и параллельно что-то делает: свои проекты, дополнительные задачи, фриланс;
— идёт работать в новое место и потом учится: углубляет знания, приобретает недостающие навыки.

Эти сценарии работают?

Есть проблема — если бы все выпускники онлайн-школ и стажировок становились специалистами, мир наводнили бы маркетологи, верстальщики, UX-дизайнеры и программисты. Но рынок всё ещё голоден. Значит, кто-то примерил на себя новую профессию, но отказался от неё.

Почему люди хотят поменять работу?

За последний год в практике карьерного консультирования у меня было более 50 клиентов. Это взрослые люди, но в отношении смены профессии у них похожие трудности.

Встречаются те, кто добился карьерного роста, зарплаты и статуса, но потерял цель и теперь в поисках новой. Или люди, которые упустили время для экспериментов с профессиями, а теперь ищут компромисс: хочется делать крутые вещи и зарабатывать, а опыта не хватает. Ещё есть те, кто устал от монотонности или выгорел, потерял интерес — они идут навстречу профессиям, где гибкость, диджитал, свобода.

Внешние причины поменять профессию могут быть любыми — работу выполняют роботы, избыток кадров, мало платят. Но часто проблема внутри человека, в его кризисах. В 25−30 лет человек пересматривает свою жизнь, начинает по-другому воспринимать происходящее и меняет приоритеты, иногда вместе с профессией. Здесь возраст — веха, к которой человек накапливает опыт, чтобы перейти на новый этап развития.

В 25−30 лет человек меняет приоритеты, иногда вместе с профессией

Ты упомянула онлайн-школы и поток новичков на рынке труда. Обучение — популярный путь для тех, кто меняет профессию?

Да, так можно сказать. Для этого созданы все условия: школы дают людям гибкий график, делают экспресс-курсы, проводят мастер-классы, семинары, вебинары. Учёба выглядит, как мягкий старт — можно позволить себе привычный уровень жизни и постепенно начать новое дело. Кажется, что это проще, чем искать работу без опыта и чувствовать себя «не в порядке». Поэтому люди вкладывают в обучение столько сил и времени. Им кажется, что только качественная подготовка решит проблему.

А как на самом деле?

В итоге имеем высокий уровень ожиданий. Но что, если после учёбы не будет желаемого прогресса? Обучение может разочаровать, не дать нужных навыков и знаний, в итоге новая работа окажется непривлекательным делом:

—  Диплом не пригодился и лежит на полке. Обстоятельства сильнее: нужны деньги на жизнь, а новичку платят в четыре раза меньше.
—  Непонятно, что делать дальше. Кажется, учили всему, но нет уверенности в себе как в профессионале. Нужно купить ещё курс.
—  Не берут на работу. Отправил десятки резюме, но работодателям чего-то не хватает. Диплом не устранил трудности с поиском нового места.

Это не значит, что учиться не нужно. Обучение — отличный инструмент, который меняет многое в карьере. Но чтобы через обучение решить проблему с профессией, нужно подготовиться. Самостоятельно или с помощью специалиста по карьере.

Что сделать, чтобы успешно поменять профессию?

Для меня успешный кандидат на смену профессии — это человек, который проработал свои ожидания, изучил рынок и понимает, что его ждёт. У него ясная концепция ценностей и жизненных целей. Он не просто поставил цель, но знает, почему хочет её достичь и какие шаги сделает. Он понимает, чем новая работа поможет в продвижении к цели. Если цель жизни — помогать людям, делать их жизнь лучше, значит, нужно подумать, как помочь людям, работая редактором, флористом, программистом, агентом по продаже недвижимости.

Такой кандидат опирается на свои интересы, и это даёт достаточно энергии для движения и сверхрезультатов. Образование в этом списке — лишь инструмент.

Чтобы через обучение решить проблему с профессией, нужно подготовиться

Школа Бюро Горбунова даёт билет в профессию. Сюда приходят и получать новые знания, и нанимать людей в команду. Мы выбрали героев публикаций журнала, которые сменили работу, став редакторами и дизайнерами, и связались с ними, чтобы узнать, как сложилась их карьера после обучения и смены профессии.

Дмитрий Придачин, 11-й поток

Интервью Дмитрия: путь в редактуру через сложный выбор и диплом маркетолога на полке.

В августе 2020 года в журнале вышла история о том, как Дмитрий попал в Школу редакторов и нашёл себя. Дмитрий отказался от родительской мечты — стать врачом, пробовал себя в разных ролях и изучал маркетинг. А позже вдохновился школой, дошёл до третьей ступени и диплома и работает редактором.

В интервью ты рассказывал о мединституте и смене нескольких мест работы после него. Как оцениваешь переход в редактуру?

Мне ещё тяжеловато, потому что не хватает опыта и навыков. Но мне нравится этим заниматься, и в конце дня, глядя на сделанную работу, я чувствую себя «в порядке». Значительно повысилась самооценка, потому что уже не ты ищешь работу, а тебе поступают предложения от разных крутых ребят. Это приятно.

Где и кем сейчас работаешь?

Со времени выхода интервью я успел поработать в «Яндекс-практикуме». Теперь пишу для платформы онлайн-обучения iSpring и редачу для КБ «Палиндром». Всё это время у меня как будто продолжается вторая ступень — получаю обратную связь от более опытных редакторов уже в процессе работы.

Анна Чёрная, 7-й поток

Интервью Анны: в редакторы через маркетинг.

История об Анне и её карьерном пути вышла в конце 2018 года. Анна рассказала, как ставила цели, о первом коммерческом тексте и о том, как выбирать заказчиков.

В интервью ты рассказывала, что несколько раз сменила направление во время учёбы в институте. Как сложился твой путь от института до редактуры?

Я с 18 лет была в маркетинге. Руководила проектами для привлечения клиентов, вела соцсети компаний. В 22 года, когда ещё училась в университете, попала в маркетинговое агентство копирайтером, быстро доросла до главреда. С тех пор я в редактуре. Сейчас, помимо основной работы, всё больше ухожу в сторону консультаций, семинаров, делюсь знаниями.

Где и кем сейчас работаешь?

Сейчас работаю директором по маркетингу в сети книжных магазинов «Многокниг». Продвигаем русские книги в Латвии, Литве и Эстонии. Также пишу для проектов «Канва» (Австралия) и «Скиллбокс».

Веду свой проект, который начала в школе редакторов и сдавала как дипломную работу — «Визит Балтикс». Это туристический проект о Прибалтике, где мы рассказываем про интересные места, гостиницы, рестораны. Монетизируется за счёт рекламы, которую они же заказывают.

Интересный факт о проекте: преподаватели пытались от него отговорить, не верили в успех. В итоге на защите наша команда заняла второе место, а самому проекту уже больше двух лет, он держится, несмотря на кризис в туризме. Успели посотрудничать с такими крутыми сетями, как «Редиссон», «Кемпински», «Хилтон». Конечно, сейчас проект в режиме экономии, как и все наши главные партнёры, но он выжил. Когда закончится история с пандемией, планирую его развивать активнее, возможно, полностью поменяю профиль, а пока остаюсь редактором и маркетологом.

Это та вещь, за которую реально благодарна школе, без команды и наставников вряд ли бы я его когда-нибудь запустила.

Юлия Манохина, 10-й поток

Интервью Юлии: путь в новую профессию через волевое решение.

В январе 2020 года в журнале вышло интервью с Юлией. Это история про карьерный путь от врача детской реанимации до редактора, причины выгорания и принятие сложных решений.

Вы пришли в редактуру после работы в медицинской сфере. Почему именно редакторская деятельность?

Если честно, я прицельно не выбирала. Я была врачом анестезиологом-реаниматологом в детской больнице. Это сложная, изматывающая работа. В начале карьеры я сразу сделала себе установку — до 35 лет уйти из практической медицины, неважно куда. Примерно за год до своего решения я стала внештатным редактором «ГЭОТАР-Медиа». Уже и не помню, как это вышло, но потом там и осталась. Возможно, мне близка эта сфера, потому что я люблю писать и читать, возиться с текстом. Собственно, в Школу редакторов я пошла, чтобы улучшить свои знания.

Где и кем сейчас работаете?

Год прошёл. Время летит. Я удаленно работаю в «ГЭОТАР-Медиа», ответственным редактором по нескольким проектам. Работа мне нравится, она близка к моей первой специальности. За год я выросла как профессионал, мне в два раза подняли зарплату. Успела написать пару статей в «Лайфхакер» и «Т—Ж» плюс другие, менее значимые проекты.

Удовлетворение от работы я получала только в «ГЭОТАР-Медиа». Возможно, потому что мне просто интереснее писать и редактировать литературу для врачей, чем для обывателей, немедиков. В ближайшие пару лет планирую там остаться, но это не конечная точка. Я точно знаю, в чём хочу развиваться дальше. Не могу сейчас открыть все карты, но скажу, что это по-прежнему связано с языками, не только русским, и литературой. И одной редактурой дело не ограничивается.

Когда человек меняет сферу, бывает, что спустя время прилетают интересные вакансии, хорошие предложения. Случалось подобное?

Да, но для медицины не характерен прилёт вакансий. Моя специальность всегда вакантна. Были «откаты», так скажем. Скучала по работе, коллегам, адреналину. Но знала, что решение обдуманное, поэтому отстрадала и всё. Возвращаться я не собиралась и не собираюсь. В апреле будет два года, как я ушла из практической медицины. Сейчас я хочу в течение двух-трёх лет полностью разорвать с ней все отношения, в том числе и редакторские.

Евгений Лебедев, 9-й поток

Интервью Евгения: от нефтепроводных систем в дизайн, фронтенд, тестирование и снова в дизайн.

История Евгения вышла в марте 2019 года. В интервью герой рассказал, как отказался от работы, которая не приносила радости, о поступлении в Школу дизайнеров и о поиске нового дела.

Помогло ли обучение в школе найти работу в дизайне? Где и кем ты сейчас работаешь?

Школа сама по себе не помогает искать работу и не гарантирует трудоустройства. Есть договорённость с работодателями, которые пришли на защиту дипломов — слушали, смотрели. Позже со мной связались из «Тинькофф Банка», но предложили задачи, которые мне не интересны. В течение года приходило несколько предложений, находили через сайт бюро. В целом это ещё один канал, по которому меня могут найти заказчики и что-то предложить.

Строчка о бюро в резюме и сопроводительном письме помогла мне устроиться туда, где я сейчас работаю. Человек, который меня принимал, знает и уважает Артёма Горбунова и Илью Бирмана. Это был плюсик мне как кандидату.

Мне важно, чтобы проект, который я делаю, помогал людям, решал проблемы. И я такое место нашёл: работаю в стартапе tada.team. Это сервис, в котором объединили управление задачами и рабочий чат. Как будто «Трелло» и «Телеграм» стали одним продуктом. Наша миссия — помочь людям обрести спокойствие и уверенность, что все задачи под контролем. Все коммуникации в одном месте.

В интервью ты рассказывал, что ищешь вектор в жизни и думаешь, как себя применить. Что-то изменилось с того времени?

Вектор почти нашёлся. Я искал работу в дизайне, чтобы заняться проектированием интерфейсов. Нашёл tada. team, но у них была вакансия только для фронтендера. Написал письмо, рассказал, чем могу помочь: сделал всё по Ильяхову. В итоге меня позвали на фронтенд, потому что дизайнер уже в штате был. По мере работы появился большой объем задач по тестированию. Попробовал — получилось, и меня перекинули на проработку пользовательских сценариев. Сейчас я развиваюсь в этом профессионально, и меня поддерживают руководители.

Но я всё ещё не на своём месте. Мне хочется полноценно заняться проектированием интерфейсов, чтобы помогать решать задачи наших пользователей. Планирую развивать это направление в tada.team.

От редакции. За время подготовки интервью героя повысили до владельца продуктом. Теперь он ещё на шаг ближе к своему вектору.

Что делать, если хочется поменять профессию: рекомендации эксперта

Анна поделилась алгоритмом из консультативной практики. Это последовательность шагов, которые помогают определиться с направлением, распределить силы, выбрать профессию и совершить переход.

1. Сделайте паузу. Исследуйте ситуацию с разных сторон: разберитесь, откуда взялось стремление к переменам.
Иногда желание поменять профессию — это симптом глубокого внутреннего конфликта. Такой же, как решение поменять город или страну. У любого такого симптома есть причина. Если это возрастной кризис, новая профессия станет точкой входа на новый уровень, но кризис никуда не денется.

Соберите все причины, которые приходят в голову. А спустя несколько дней вернитесь к списку и пересмотрите, что актуально. Если сложно справиться с поиском причины самостоятельно, ищите человека, который задаст вам правильные вопросы. Например, психолога или карьерного консультанта.

Иногда желание поменять профессию — это симптом глубокого внутреннего конфликта

2. Оцените свои знания, умения, опыт.
Составьте свой профессиональный портрет по блокам: что знаете, что умеете, в каких задачах есть опыт. Это нужно, чтобы оценить багаж и сравнить с изменениями, которые произойдут позже.

Возможно, с первого раза портрет не получится. Настройтесь и посмотрите на себя глазами другого человека, например, своего руководителя или опытного специалиста в нынешней профессии.

3. Составьте карьерный план.
В плане отразите
— самую важную карьерную цель;
— точку отсчёта: где вы сейчас, что умеете, как оцениваете свой уровень и с каким опытом начинаете путь (ваш портрет из пункта 2);
— шаги на пути к цели или что нужно сделать, чтобы попасть в точку Х: изучить рынок, узнать, чего ждут работодатели, составить список нужных навыков и пр.;
— время на подготовку: распишите план действий помесячно или поквартально.

4. Опишите себя в новой профессии.
Кто я (роль, профессия)? Каковы мои сильные и слабые стороны в новой профессии? Зачем я это делаю? Кто мой «клиент» и чем я могу ему помочь?

Сделайте это настолько детально, насколько возможно. Примерно, как это сделает детектив, который ищет нужного человека. Это будет ваш новый портрет.

5. Сравните себя в двух профессиях.
Посмотрите на свой новый портрет и на тот, что составляли вначале. Оцените разницу. Проверьте, какой опыт можно переиспользовать, а какие знания и опыт нужно приобрести. На этом этапе рождается план обучения.

6. Составьте план обучения и ищите подходящую программу.
Хороший план тот, который качественно изменит вашу профессиональную жизнь. В идеале в него входит 10% теории, 60% практики, включая наработку навыков, решение практических задач, знакомства в индустрии и т. д., 30% работы с ментором или наставником, который даст обратную связь.

7. После обучения составьте новый карьерный план.
Это дополненная версия плана из пункта 3. У вас будет больше знаний о том, как работает выбранное направление, вы оцените сложность, взвесите риски. Сможете детализировать большие этапы и первые шаги. Факторы, которые нужно учесть: скорость перехода в новую профессию, время выхода на комфортный доход, перспективы роста и развития в будущем. Ответы на эти вопросы зависят не только от профессии, но и от регионального рынка труда, вашего возраста и опыта.

Общалась и редактировала Амина Прима. Рисовала Марина Любецкая. Вычитала Анастасия Романова.

Не пропустите. Новые выпуски в нашем Телеграм-канале:

в Контакте
в Телеграме

Петя Волков Хотелось делать полезные вещи

Редактор «Сделаем» о стажировке в агентстве, работе с авторами и переходе на новый уровень благодаря Школе редакторов.

Чем ты сейчас занимаешься?

Работаю редактором в агентстве контент-маркетинга «Сделаем». Руковожу командой авторов, общаюсь с клиентами, контролирую проекты от первого общения с клиентом до запуска. У меня много разных задач: периодически надо писать самому, придумывать картинки для обложек, делать прототипы лендингов и верстать письма в рассылку.

А как ты попал в «Сделаем»?

За «Сделаем» я наблюдал ещё до того, как появилось агентство. Тогда это были просто фрилансеры Паша и Лёша. Потом они создали агентство и мне нравилось, как они работают, какие штуки делают. Хотелось тоже туда попасть.

Когда я учился на второй ступени, у «Сделаем» открылась стажировка — о ней Паша рассказывал, когда я брал у него интервью для журнала «Кто Студент».

Я очень долго пилил тестовое задание, рассматривал его по кусочкам, чтобы сделать максимально хорошо. Тестовое состояло из двух частей. Первая — взять любой сайт и объяснить, что с ним не так, как его можно улучшить и почему. Вторая — написать статью для «Яндекс.Дзен». Получилось круто, и меня сразу взяли автором. Автором я проработал месяц, а потом стал редактором. Период был сложный: у меня была вторая ступень в Школе редакторов, плюс полноценная работа автором. Получалось, что часть заданий в школе я делал буквально в последний день.

Редакция «Сделаем» работает удалённо. Я работаю на диване вместе с недовольным лёвой

Расскажи про стажировку для авторов в «Сделаем».

Когда в «Сделаем» стало больше редакторов, появилась возможность запустить стажировку. Мы даём стажёрам задания, которые не оплачиваются, но это реальные клиентские задания — статьи, презентации. Стажёры делают, мы исправляем, пока они не научатся. Когда у стажёров получается нормально делать продукты, мы берём их на работу.

Как вы определяете в конце стажировки, берёте человека или нет?

Почти все, кто закончил у нас стажировку, остаются работать авторами: из двух прошедших потоков у нас работают все, кроме одного человека, который ушёл в свои проекты. Бывало, что стажёр прислал одну-две задачи, мы видим, что он достаточно классный, и сразу даём ему задачи за деньги.

Ребята-стажёры изначально уже довольно сильные, умеют работать над задачами. Не просто текстики пишут, а разбираются в целях статьи: для кого она, какой результат нужно получить. Понимают, зачем изучать целевую аудиторию, почему важно делать красивые иллюстрации. Мы их обычно дотягиваем под какой-то конкретный проект, например под «Яндекс.Дзен», учим работать с форматом и так далее.

Ты сам тоже работаешь со стажёрами?

Да. В «Сделаем» моя основная задача — вести проекты по «Яндекс.Дзен», и я натаскиваю стажёров на эти задачи. Кроме стажёров у меня есть авторы нашего агентства. Клиент присылает задачу, мы её обсуждаем, потом я беру на задачу автора, и мы с ним делаем текст.

У нас есть пул авторов, с которыми мы работаем. Среди них есть студенты и выпускники Школы редакторов. Если надо найти нового автора, редакторы смотрят биржу Главреда или отклики, которые люди нам присылают в «Сделаем». Мы смотрим, отбираем, проводим собеседования, даём тестовые задания и берём на работу, если всё устраивает.

С какими сложностями ты сталкивался при найме авторов?

Бывало, что автор с классным портфолио на просьбу сделать тестовое задание присылал лютую чепуху.

Бывало, что я набирал безответственных людей. Давал им реальные задачи, а они подводили по срокам или отказывались переделывать.

Если авторы пропадают, не отвечают, игнорируют, а потом придумывают детские отмазки, то за такие косяки я увольняю

Если автор не успел сделать работу вовремя, дашь ли ты ему второй шанс или сразу же распрощаешься?

Зависит от ситуации. Если человек взял задачу, а потом заранее предупредил, что заболел или что-то не может сделать, то не вижу ничего страшного: я могу перенести сроки или передать эту задачу другому автору. А если пропадают, не отвечают, игнорируют, а потом придумывают детские отмазки, то за такие косяки я увольняю.

Есть ли какая-нибудь связь между возрастом стажёра и его ответственностью?

Я не заметил. Есть люди ответственные, которым надо, и есть безответственные, которым ничего не надо, и они ничего не хотят. Это среди любого возраста и любых профессий случается.

Как можно стать автором в «Сделаем»?

Мы регулярно публикуем посты о поисках авторов в соцсетях агентства. Можно в любое время написать редактору, показать портфолио и предложить свои услуги в качестве автора. Только нужно понимать, что у нас может не быть в данный момент потребности в новых авторах. Даже если человек хороший, мы не сможем его взять, потому что у нас всё занято.

Был ли у тебя опыт работы с текстом до Школы редакторов?

Да, я два года работал на копирайтерской бирже «еТекст». Я был в поисках себя, услышал про копирайтинг и решил попробовать — взял простенький заказ, с которым точно справлюсь. Мой первый текст был по 5 рублей за 1000 символов: статья о том, как ухаживать за морскими свинками. Пилил его два дня и получил свои 50 рублей. Дальше пошли заказы подороже, но в месяц выходило в лучшем случае 10 тысяч. Жить на такие деньги в Подмосковье было просто нереально.

А где ты учился после школы?

Я — техник по летательным аппаратам: ракеты, турбодвигатели и всё такое. Я поступил в колледж за компанию с другом и отучился там 5 лет. Потом у меня была практика на заводе, и я охренел от того, какая там давящая атмосфера и консервативная обстановка. Сразу понял, что работать там не буду.

После этого поработал ещё полгода фитнес-тренером. Отучился на курсах и пришёл в спортзал, в котором сам занимался. Потом я пытался рисовать картины на заказ.

Портрет незнакомки по фото

Здесь я нарисовал незнакомую девушку. Это не рисунок в традиционном смысле: картинка состоит из кучи мелких деталей, как паззл. Мне нравилось вот так «собирать» картины в кореле. На эту картину у меня ушло две недели ежедневной работы часов по 10−12. Я тогда не работал и мог себе такое позволить.

С картинами было сложно: когда не хочется, но надо что-то сделать, я не могу родить ничего нормального. В итоге от этой идеи я тоже отказался и в конце концов я пришёл к копирайтингу.

Почему ты пошёл в Школу редакторов?

Благодаря Ильяхову. Его фамилия постоянно мелькала в «Подслушано Копирайтинг» и мне стало интересно. Я прочитал «Пиши, сокращай» буквально за один вечер — настолько она была интересная. Понял, что подход Максима мне близок, что он реально крутой и знает, о чём говорит. Потом я узнал про Школу редакторов.

Мне хотелось делать полезные вещи. Когда говоришь клиенту на бирже, как что-то можно улучшить, то он не слушает, потому что воспринимает тебя как непонятного чувака, который работает за копейки. В Школе редакторов я видел выход на новый уровень, толчок к развитию.

Проблема была в том, что банально не было денег. 50 тысяч на школу мне надо было копить несколько месяцев и вообще ничего не есть. Поэтому от первых мыслей до поступления прошёл примерно год или полтора.

Как ты прошёл на бесплатное место?

Я понял, что нужно делать плакат, потому что уже тренировался на них, делал плакаты для себя, в стол. Смотрел разборы Ильяхова, читал советы: про плакаты написано много. Мне эта тема казалась очень интересной: есть ограниченный формат и какое-то сообщение, которое нужно донести до множества людей. И от того, как ты сделаешь вёрстку, какой текст напишешь, как задизайнишь, зависит восприятие твоего сообщения.

Один из первых тренировочных плакатов

Я понятия тогда не имел о правиле внутреннего и внешнего, про информационные слои и остальное. Поэтому получались вот такие уродцы.

Когда я делал вступительное, у меня было две версии. Первую я пилил несколько недель. Делал два плаката в рамках одного задания. Что-то вроде того, что делала Люда Сарычева, когда поступала в школу.

Первая версия вступительных плакатов Пети

Это не финальные версии, промежуточные. На первом, например, слово «сфотографируйте» висит отдельно — непорядок.

На втором я ещё хотел поместить QR-код. Считал, что так будет круто. Потом подумал: кто вообще сейчас ими пользуется? Разве что владельцы айфонов. Но даже им сфотографировать плакат проще, чем выцеливать мелкий QR-код.

А за неделю до срока я понял, что это какая-то фигня, и начал работу с нуля.

Этот плакат я сделал в последний момент и отправил как вступительное задание

По условиям задания оценка была выше, если не просто прислать макет, а распечатать, повесить и сфотографировать. Я так и сделал: повесил этот плакат в подъезде у своей сестры. Ещё была чёрно-белая версия с крутым контрастом, но я отказался от этой задумки. Показал плакат сестре, а она сказала: «Выглядит издалека, как будто рекламная фигня». Поэтому я решил сделать синий цвет — как раз фирменный цвет ЕДС.

Благодаря этому плакату я попал на 4 место в рейтинге вступительных заданий.

Ты работал в журнале «Кто Студент», был и автором, и иллюстратором. Какие навыки пригодились для работы в журнале?

Мне вообще все навыки из Школы редакторов пригодились. Я считаю, что журнал — это очень классная задумка, и здорово, что студенты школы придумали такой проект, и он дорос до такого уровня, что в нём другие студенты тоже могут поучаствовать. Считаю, что журнал — это один из самых крутых проектов выпускников.

Чем вторая ступень отличается от первой по твоим ощущениям?

Мне показалось, что вторая легче. На первой было очень много теории и тестов, про которые у нас постоянно были споры и разбирательства с преподавателями.

Вторая ступень отнимала гораздо больше сил, но эмоционально она была легче. Ты больше вкалываешь, но и кайфа от этого ты получаешь тоже больше. Потому что делаешь реальный продукт, преподаватель его оценивает, и ты видишь свои классные или плохие решения. Вторая ступень очень важная. Идти в школу на первую ступень без второй — значит получить гораздо меньше знаний.

На второй ступени больше вкалываешь, но и кайфа получаешь тоже больше

Задания, которые ты делал на второй ступени, ты складывал к себе в портфолио? Или они так и остались просто заданиями?

У меня нет портфолио как такового. Есть сайт, который я сделал для себя во время учёбы в школе и разместил на хостинге. Там я опубликовал курсовую с первой ступени и другие работы. Но этот сайт я сейчас никак не обновляю и не слежу за ним, потому что мне это не нужно.

На третью ступень ты не пошёл?

Я был чуть ниже границы отбора, на 13 позиции. Кто-то выше вроде бы отказался, но до меня очередь не дошла. И даже если бы меня позвали, я бы всё равно не смог 60 тысяч заплатить за учёбу, хоть и работал уже в «Сделаем». Плюс меня к концу второй ступени собирались сделать редактором. Это фултайм работа и совмещать её со школой было бы очень тяжело.

С ребятами из своего потока поддерживаешь связь?

Когда мы учились, встречались два раза и обе встречи прошли очень классно. Мы ходили в бар и общались про работу, про жизнь, про задания. Мы оказались последним потоком старого образца, когда все начинали и учились вместе. Одно из преимуществ школы — она сводит вместе крутых редакторов: они находят работу, авторов, просто друзей.

Встреча студентов 10 потока. Фото Родиона Виноградова

Во время учебы ты завёл телеграм-канал «Дневник редактора». Зачем?

Я получал очень много знаний в Школе редакторов, и мне надо было куда-то выплёскивать информацию и энергию. Канал стал для меня возможностью потренироваться: сделать контент и посмотреть, как люди на него реагируют. Это было интересно, я по статистике видел, что большая часть подписчиков была активной. Они читали и писали вопросы на почту. Задавали вопросы про учёбу и просили выкладывать больше практических материалов. У меня была идея подготовить разборы работ. Несколько я даже сделал: выложил свои работы из школы и рассказал, что в них классного, как я их делал и что можно было сделать лучше. Но на большее просто не хватило сил. Меня взяли в «Сделаем» и свободного времени уже не осталось.

А откуда к тебе подписчики приходили?

Я запостил ссылку на своей странице вконтакте и на странице в бюросфере. Важную роль сыграл пост в «Подслушано Копирайтинг»: я написал, что на своём канале рассказываю про учёбу в Школе редакторов. Ильяхова и школу там любят, поэтому пост опубликовали. Думаю, что большая часть подписчиков была оттуда.

Как ты думаешь, стоит ли заводить канал начинающему редактору?

Да, потому что ты получаешь обратную связь. Когда тебе рассказывают, как делать продукт, ты в реальности не знаешь, работают эти методы или нет. Их надо тестировать, и свой канал это отличный способ. Ты делаешь контент, который считаешь крутым, и смотришь, как люди реагируют. Если им категорически не нравится, то его надо изменить. Меняешь, пробуешь, смотришь и повышаешь свою квалификацию как автор и редактор. Сейчас я уже не веду канал, нет времени. Пишу только в еженедельную рассылку «Сделаем»: в ней мы делимся опытом и отвечаем на вопросы подписчиков.

Какие письма в рассылке «Сделаем» готовил ты?

Первое про то, как сделать обложку для рекламной статьи. А во втором я рассказывал про стажировку в «Сделаем». Как надо подавать отклик и как не надо. Материал в целом универсальный и жизненный получился, он подойдёт для отклика на любую вакансию.

Ты состоишь в каких-нибудь редакторских чатиках?

Чат Школы редакторов остался после выпуска. Я его иногда читаю. А так у меня основную долю времени занимает работа и рабочие чатики, поэтому на остальные просто нет сил.

Ещё есть чатик «Научим писать» для людей, которые купили платный курс у «Сделаем», тоже довольно большой. Там Паша Молянов или кто-то из наших редакторов и авторов отвечают на вопросы участников курса. Например, ты пишешь: «Ребят, помогите и посмотрите, вот есть статья, она норм, не норм, соответствует задаче или нет». И мы смотрим, помогаем советами.

А что это за курс?

Курс «Научим писать» для тех, кто пишет тексты для бизнеса: копирайтеров, редакторов, предпринимателей. Формат курса — рассылка, в которой мы делимся опытом. Появился какой-то опыт, мы упаковали его в рассылку и выпустили.

Какие интернет-ресурсы для редакторов ты считаешь полезными?

Очень полезно смотреть разборы Ильяхова на ютубе. Это поможет делать более крутые продукты: обложки, плакаты, сайты — он классно разбирает и даёт советы. Мне в своё время очень помогли эти разборы для выполнения вступительного задания. Я и сейчас их часто пересматриваю.

Что ты посоветуешь людям, которые хотят поступить в Школу редакторов, но сомневаются?

Конкретно для меня школа стала классным пинком под зад. Я ни капли не пожалел, что поступил. Оплата за вторую ступень многократно окупилась уже за этот год. Если человек чувствует какой-то потолок и хочет его пробить, то Школа редакторов может подтолкнуть его на более высокий уровень в письме, редактуре и смежных специальностях. Все знания, которые давали нам преподаватели, пригодились в работе.